Повелительница пустыни

В Галати дышалось иначе. Воздух казался чище, лишенным едкой примеси копоти, привычной для низов города. Дома здесь высились, словно гордые башни, отражая солнце в отполированных стеклах.

Сады благоухали невиданными цветами, заботливо ухоженные руками садовников.

Там, за высокими стенами и коваными воротами, мир казался совершенно другим. Мир, где проблемы решались взмахом руки, а будущее рисовалось только в ярких красках.

Где голод был лишь словом из старых книг, а болезни лечились лучшими целителями. Мир, где благосклонность Повелителя была ощутима почти физически, словно теплое одеяло, укрывающее от невзгод.

Попасть в Галати было мечтой, почти недостижимой для большинства людей. Это был оазис благополучия, окруженный морем нищеты.

Но именно эта контрастность делала его еще более желанным, еще более привлекательным. Люди готовы были на все, чтобы хоть краешком глаза увидеть этот мир, а уж тем более поселиться в нем.

Им казалось, что жизнь в Галати — это и есть истинное существование, достойное человека. Что только там можно раскрыть свой потенциал, насладиться всеми благами и стать по-настоящему счастливым.

Они верили, что благосклонность Повелителя, воплощенная в процветании Галати, дарует им все необходимое для этой самой счастливой жизни.

А за его пределами, словно за невидимой чертой, начинался совсем другой мир. Мир узких пыльных улиц, где дома теснились друг к другу, жадно отвоевывая у неба клочок пространства.

Здесь зелень пробивалась робко, словно крадучись, чахлые кусты, робкие ростки травы меж камней мостовой. А воздух, плотный и спертый, гудел от непрерывного шума: скрипа телег, криков торговцев, лязга металла в мастерских.

Именно здесь, в этом лабиринте бедности и суеты, обитали те, кто трудился, чтобы Галати утопал в роскоши. Ремесленники, лавочники, поденщики, они, как муравьи, неустанно сновали по своим делам, не имея ни времени, ни возможности насладиться красотой, создаваемой их руками.

Их лица были отмечены печатью забот и усталости, их одежда проста и функциональна.

Контраст между двумя этими мирами был настолько разителен, что казался искусственным, будто декорации к спектаклю.

Найти нужных людей оказалось делом нехитрым. Окинув взглядом дома беров, я решила, что расплата должна настигнуть их разом, одним махом.

Слишком долго они упивались безнаказанностью. Я не сомневалась: их руки по самые локти обагрены кровью беззащитных девушек.

Первым в списке значился дом Салима Дайнума, помощника советника Повелителя. Он держал в своих руках торговые нити всего Государства, как, впрочем, и остальные трое постоянных клиентов матушки Рози — все они принадлежали к правящему классу.