Наследница Повелителя Теней: новое тело

Не слишком высокого роста, темноволосый и худощавый, черты лица невыразительные. Вот только глаза — темно-серые, чуть раскосые и очень выразительные — невольно приковывали внимание. Впрочем, понять по ним хоть какую-то эмоцию было весьма проблематично.

— Приветствую вас, Елена. Надеюсь, обойдемся без формальностей? Я вам все-таки в отцы гожусь, — улыбка настолько изменила его лицо, что я невольно поразилась.

Вот когда мнение, что улыбка способна украсить любого человека, оправдано на все сто. Он даже показался более привлекательным и располагающим к себе. Наверняка прекрасно осознавал это воздействие и умело им пользовался.

— Конечно, Леонид Константинович, — машинально проговорила, выудив из памяти, как к нему обращаться."

"— Приятно, что помните, — еще более светло улыбнулся мужчина. — В последний раз, когда я вас видел, вам было не больше двенадцати. И, осмелюсь сказать, даже не думал, в какую очаровательную юную особу вы превратитесь со временем. Эх, где мои молодые годы? — он зацокал языком.

Я же с трудом подавила типично девичью реакцию смущения, пошедшую откуда-то изнутри помимо моей воли. Так отреагировала бы Лена, не привыкшая слушать комплименты мужчин в свой адрес.

Заставила себя смотреть только в глаза Антипову. А их теплая улыбка совершенно не коснулась. Оставались холодными и оценивающими, как у покупателя, который выбирает нужный ему товар.

— Могу я присесть? — осведомился он.

— Прошу вас, — церемонно кивнула и дождалась, пока он придвинет стул и сядет поудобнее. — Итак, что вас заставило навестить бедную изгнанницу? — не удержалась от иронии. — Осуждения других кернов не боитесь?

Такого пассажа от меня Антипов явно не ожидал. Ну не укладывалось это в образ примерной и скромной девочки, какой сложился у всех о Елене. Но почему-то вместо того, чтобы продемонстрировать недовольство, Леонид, наоборот, усмехнулся и посмотрел с куда большим интересом.

— Думаю, мы оба прекрасно знаем, что ваше положение сильно изменилось. И такие визиты со стороны других глав родов вполне могут стать для вас привычными. Так что я поспешил явиться в числе первых. Мне сообщили, что от возвращения в семью вы отказались. Не покажется ли чересчур нескромным узнать о причине? В вас говорила банальная обида на родню или нечто иное?

А я вдруг отчетливо поняла, что от того, что скажу в следующий момент, зависит мнение, которое он обо мне сложит в дальнейшем и как станет себя вести. Антипов хочет понять: перед ним истеричная барышня, из излишней эмоциональности отказавшаяся от шанса вернуть себе положение, или девочка, которая хочет от жизни чего-то большего. И если первоначально я считала, что ему нужен лишь инкубатор для одаренных, то теперь начала понимать, что не все так просто.