Госпожа повариха

Следующее помещение тоже выглядело заброшенным, какая-то старая мебель, пыльные окна и затхлый запах, как в нежилом помещении. Что-то не верится, что в респектабельных кварталах около дворца имеются такие заброшенные строения. Я пошла дальше, оглядываясь и принюхиваясь на всякий случай, но ничего подозрительного так и не обнаружила. Лавка в самом деле оказалась заброшенной, я никого не встретила. А когда вышла через дверь на узкую, тихую и безлюдную улочку, поняла, что меня все-таки куда-то отнесли от того места, где похитили. Значит, у графини есть как минимум один сообщник точно.

– Вот вредная баба, – пробормотала я, по стеночке пробираясь вдоль улицы к перекрестку и радуясь, что на мои скромные сбережения графиня не покусилась.

Надо поймать извозчика и добраться до дворца, пешком, боюсь, не осилю, тем более я понятия не имею, где нахожусь. Так и поступила, с облегчением устроившись на мягком сиденье. По словам возницы, ехать не больше четверти часа, и надеюсь, пан Жижтов не потерял меня – время близилось к обеду, пора кормить королеву. И все-таки почему графиня меня оставила?

На кухню я успела как раз вовремя, чтобы начать готовить обед для ее величества, и все шло хорошо. Даже Маруня, пребывавшая в мечтательном настроении после известия, что Анжей спрашивал о ней, всего лишь чуть не сыпанула в соус для мяса вместо душистой соли жгучего перца. Я вовремя перехватила, успев выдернуть из ее пальчиков перечницу. Алаира, к моей тихой радости, тоже не появлялась, видимо, сидела в покоях своей нынешней госпожи. Ну и хорошо. А после обеда, когда блюда унесли на королевский стол, мне внезапно снова стало плохо. Не до потери сознания, но голова закружилась, заныли кости, а из желудка поднялся горький ком. Рукав задирать не стала, чтобы посмотреть, проявился рисунок или нет, – слишком много народу, да и, если честно, мне было банально страшно. Не хотелось быть избранницей, и замуж по расчету тоже не хотелось…

Я привалилась к столу, дыша открытым ртом и судорожно пытаясь придумать благовидный предлог, чтобы уйти к себе, но пан Жижтов оказался глазастым и сам подошел.

– Так, пушистая, ну-ка, марш к себе! – скомандовал он, узрев мое бледное лицо. – Отлежишься, потом вернешься, закуски помогать делать к вечеру, но до шести чтоб я тебя здесь не видел! – строго добавил королевский повар. – Еще обмороков мне тут не хватало! Марька, собери Иоанне обед и проводи!

Напарница тут же захлопотала вокруг меня, отвела в уголочек, усадила на стул, быстренько поставила на поднос тарелки с едой и, легко удерживая одной рукой, второй подхватила под локоть. Мы добрались до моей комнатки, и я с облегчением растянулась на своей узкой кровати, положив ладонь на лоб и прикрыв глаза.