Гарри Поттер

Гарри ощущал неприятное стеснение в груди, ему не хотелось прощаться с Сириусом. Он уезжал отсюда с тяжелым чувством: неизвестно, когда они снова свидятся, и он обязан как-то предупредить крестного, чтобы тот не делал глупостей. Гарри опасался, что обвинение в трусости, брошенное Снеггом, глубоко уязвило Сириуса, и, может быть, он уже сейчас затевает какую-то безрассудную вылазку с площади Гриммо. Но пока он раздумывал, Сириус сам поманил его.

— Я хочу, чтобы ты это взял, — сказал он и сунул ему в руку неаккуратный сверток размером с небольшую книжку.

— Что это?

— Это для того, чтобы ты дал мне знать, если Снегг начнет тебя тиранить. — Сириус настороженно оглянулся на миссис Уизли, которая уговаривала близнецов надеть вязаные варежки. — Сомневаюсь, что Молли меня одобрит, но обязательно воспользуйся, если я понадоблюсь. Договорились?

— Ага, — сказал Гарри, засовывая сверток во внутренний карман куртки.

Но он знал, что никогда не воспользуется этой вещью. Как бы ни изводил его Снегг на уроках окклюменции, он, Гарри, не станет выманивать Сириуса из убежища.

— Тогда идем. — С хмурой улыбкой Сириус хлопнул его по плечу.

Гарри не успел ничего сказать, и через минуту, поднявшись по лестнице в окружении Уизли, они уже стояли перед парадной дверью, запертой на тяжелую цепь и засов.

— До свидания, Гарри. Береги себя, — обняв его, сказала миссис Уизли.

— Будь здоров и приглядывай там за змеями, — добродушно сказал мистер Уизли и пожал ему руку.

— Ладно, — рассеянно отозвался Гарри.

Это была последняя возможность попросить Сириуса, чтобы он не рисковал. Гарри повернулся, посмотрел на крестного и хотел уже заговорить, но не успел. Сириус быстро обхватил его одной рукой за плечи и отрывисто сказал:

— Держи ухо востро, Гарри.

В следующее мгновение его вытолкнули на морозный воздух, и Тонкс (сегодня принявшая вид высокой седой дамы в твиде) поторапливала его с крыльца.

Дверь дома двенадцать захлопнулась за ними. Вслед за Люпином они спустились на тротуар. Гарри посмотрел назад. Дом двенадцать быстро сжимался, теснимый с обеих сторон соседями. Миг, и он исчез.

— Пошли, чем скорее сядем в автобус, тем лучше, — сказала Тонкс, и во взгляде, которым она окинула площадь, Гарри почувствовал нервозность.

Люпин выбросил правую руку.

БАХ!"

"Ярко-фиолетовый трехэтажный автобус возник перед ними из воздуха, чуть не сбив фонарный столб, который вовремя успел отскочить.

Худой, прыщавый, лопоухий малый в фиолетовой форме спрыгнул на землю и сказал:

— Добро пожа…

— Да, да, знаем, — нетерпеливо сказала Тонкс. — Залезайте, залезайте…

Она толкнула Гарри к ступенькам мимо кондуктора, который вытаращился на него.

— А-а… да это Гарри!..