Поцелуй врага

Сделав три шага вглубь, мы продолжаем неподвижно ждать.

За спиной ощущаю присутствие блондина, когда проходили внутрь, мне показалось, что он подтолкнет и захлопнет за мной дверь. Наплевав на гордость, я медленно отступаю. Мужские ладони ложатся на талию, притягивая к груди. Горячее тело оборотня дарит обманчивое чувство защищенности. Ведь если я правильно понимаю, это не просто вампир, а правящий вампир. Князь. Обладающий невероятной силой и незаурядным острым умом. Способный справиться со взрослым оборотнем меньше, чем за секунду.

Как же мне хочется присесть в одно из пустующих кресел.

В кабинете стоит густой ядовито-сладкий запах с тяжелыми металлическими нотками. Пахнет кровью… свежей кровью…

Я медленно пропускаю через легкие тошнотворный коктейль, вдыхая и выдыхая через рот, справляясь с дурнотой.

Вампир так резко поднимается и приближается, что я не понимаю, как он оказался напротив меня. Он смотрит в глаза мучительно долго, не моргая, не отводя взгляда, читая меня, как открытую книгу.

– Что ты хочешь услышать? – Тон вампира был такой же ледяной, как и его взгляд. – Спрашивай, я отвечу.

– Вы убили моего отца? – произношу я.

– Не тот вопрос, волчица.

«Что значит «не тот»?!» – вспыхиваю я мысленно.

– Зачем вы убили моего отца?

– Ты хочешь знать не это, – спокойно говорит Князь.

– Мне лучше знать, чего я хочу!

– И опять ошибаешься. Все в этой комнате, кроме тебя, понимают лучше.

– Что за глупость? – парирую я.

Вампир переводит взгляд на блондина:

– Почему без метки? Не будь моей княгини, я бы заинтересовался юной волчицей.

Хватка блондина наливается свинцом.

– Княгиня оценит твое откровение, Александр. – Илья говорит смело.

Красивые губы князя растягиваются в улыбке, открывая идеальные белые зубы с крупными клыками:

– С вами, оборотни, всегда отрадно беседовать. Ну так что, Яна, ты готова задать вопрос?

– Как умер мой отец?

– Не то, – он лениво качает головой.

– То! Я хочу знать, за что умер мой отец!

– Нет, не хочешь, – получаю я ответ.

– Почему его предали? —Вампир качает головой, не соглашаясь. – Почему он не вернулся домой, когда его ждали?

– Это очевидно, он был мертв, – фыркает он.

– Почему именно я лишилась родного человека? – задаю очередной вопрос.

– Ох уж эта ваша склонность к драматизму, оборотни, – вампир говорит сокрушенно.

– Как он умер? – Я не сдаюсь. – Где его тело?!

– Так много вопросов и все не те. – В льдистых глазах мелькает разочарование. – Я отвечу только на один, выбирай.

Вампир и не отрицает, что он убийца моего отца, но почему-то я теряю то чувство уверенности и решительности, что вели меня по жизни последние несколько лет. Заранее подготовленная речь рассыпается в голове, как карточный домик, под тяжестью холодного взгляда.