Поцелуй врага

 – Ты же еще хочешь, наказать тех, кто убил твоего отца?

– Я не веду речи об Александре, он всего лишь орудие в умелых руках, – я невольно улыбаюсь его словам. – Да-да, дитя. Понимаю твое недоверие. Но Темный лишь хотел забрать свое – девчонку из семьи Рокотовых. Сама подумай, какой волк по доброй воле отдаст потомство, хоть и не родное, вампиру? Никакой. Александру нужна была поддержка, и он ее получил, убив твоего отца, угрожавшего стае. Об этом тебе никто не рассказывал, я уверен.

– Никто, – шепчу я, вторя манере вампира.

– А я рассказываю. Ты бы задумалась, девочка, кому можно и нужно доверять, а кому нет. Хотелось бы поболтать подольше, но волк уже ищет тебя. Слушай внимательно. – Вампир, держа дистанцию, быстро произносит. – Ты сможешь одним словом уничтожить оборотней.

– Я не понимаю. – Взгляд не может сосредоточиться на мужском лице, мечется, ни за что не цепляясь.

– Достаточно произнести «нет».

– Сказать «нет». Не признать Коваля своей парой. – Лицо вампира выражает фальшивую улыбку. Пугающую и отталкивающую.

– Хорошо же запугали, – перебиваетон, едва уловимо качая головой. – Чтобы выжить, тебе не обязательно связывать свою судьбу с Бетой. Существует обряд, разрывающий связь в паре. И не один, дитя! Не один!

– Но он умрет, и умру я.

– Конечно. Он умрет в любом случае. Как только ты откажешься от Коваля, я смогу потребовать у Альфы компенсацию за жизнь моего человечка. А тебе, дитя, лично не дам сгинуть, слово князя. Нужна лишь стая, а у меня как раз есть подходящий должник. Ты сможешь жить в новом месте, избежав предрассудков, без клейма, навязанного твоими милыми сородичами. Начать с абсолютно чистого листа.

– Все банально. Волки мне мешают. – Бальво разворачивается ко мне спиной и добавляет между прочим: – Желанная месть за смерть отца и жизненный путь, выбранный только тобой, против того, кто и не рад твоему появлению. Выбор очевиден.

Я остаюсь одна, снедаемая словами вампира. Несколько минут назад была абсолютно уверена в правильности происходящего. И только что во мне поселили зерно сомнения, умело подбирая формулировки и доводы. Я далеко не так наивна, чтобы не заметить. Но зерно уже внутри, оно печет обидой и недоверием.

– Начинаю сомневаться, что прокормлю тебя. – Илья нагоняет меня на выходе из магазина.

– Что? – спрашиваю я растерянно.

– Это продуктовый, Яна. Туалет вон там. – Ему приходится указать подбородком, обе руки заняты пакетами. Блондин понимает мой затуманенный взгляд по-своему: – Устала? Поехали домой.

– А ты никогда не думал разорвать нашу связь? – спрашиваю в лоб, поспевая за размашистыми шагами оборотня.

– Что? – он одаривает меня ошеломленным взглядом.