Поцелуй вечности

Ударами кулака разбил витрину, потом, превратившись в нетопыря, схватил зубами пару очков и улетел. Вернувшись в свое логово, он уронил очки на ночной столик, принял человеческий вид и лег на кровать. Он не сводил взгляда с очков. И точно знал, что сделает, — пойдет в ту закусочную и отдаст их Пенни.

Майлз пять ночей дежурил в тени у закусочной, пока она не появилась. На ней была облегающая радужная юбка и викторианская белая блуза. Она несла большой мешок с книгами. Все в тех же круглых, уродливых очках. Она все время поправляла их на переносице.

— Пенни! — Майлз вышел из тени, когда она открывала дверь закусочной.

Она прислушалась. Он повторил ее имя. Тогда она обернулась.

Они стояли, глядя друг на друга. Будь он живым, у него бы безумно колотилось сердце. Он не знал, что сказать, забыл все слова. Первой заговорила Пенни.

— Извини, что так повела себя, — сказала она. — Я испугалась.

Майлз не ожидал такого поворота. Отпора — да. Или вопля. Чего-то драматичного. А она открыла дверь и кивнула, приглашая его войти.

Майлз вошел в закусочную и отметил, что за шестьдесят лет она почти не изменилась. Они пробрались в угловую кабинку, и официантка, неумолимая, как само время, подала им меню. На груди у нее красовалась табличка с именем Стелла. Он вспомнил ее, увидев, как она стоит, — когда-то они вместе пели в хоре. Он поискал в меню что-нибудь подходящее для себя.

— Что ты возьмешь? — спросила Пенни.

— Не знаю, — сказал Майлз. — Вообще-то, я этого не ем.

— У тебя деньги есть?

— Да, — сказал Майлз.

— Хорошо. Тогда я возьму чизбургер-делюкс, — решила Пенни. — А ты можешь притвориться, что ешь картошку из моего гарнира.

Она жестом подозвала Стеллу. Официантка принесла им два стакана воды и приняла заказ. Майлз заказал черный кофе. Он прикинул, что сможет сделать вид, будто отпил, если использует салфетку и немножко расплещет, — с годами он навострился притворяться человеком.

— Ну, — спросила Пенни, — так зачем ты меня искал?

— Хотел кое-что тебе отдать, — сказал Майлз, достав из кармана очки и положив их на стол. Он пальцем подвинул их к Пенни.

— Ух ты! — восхитилась она. — Красивые.

Она надела очки, и Майкл подумал, что они ей очень идут. Она была хорошенькой. Пенни сняла очки.

— Ничего не вижу. Надо будет вставить мои стекла, — сказала она. — Спасибо тебе.

Она потянулась через стол и накрыла ладонью его руку. И отняла.

— Ой, какой ты холодный, — удивилась она.

— Я мертвый, — сказал Майлз.

Она серьезно смотрела на него. Майлз вылил немного кофе на блюдце.

— Вообще-то, я надеялась, что ты объявишься, — призналась Пенни. — Боялась, что тебя отшила.

— Я рискнул, — объяснил Майлз. — Но ты ведь сказала, что знать меня не хочешь.

— Да, помню, — сказала она. — Но я надеялась, ты поймешь, что я так не думала.