Поцелуй вампира. Начало

Уберечь удалось лишь несколько невзрачных печенюшек да раздавленный батончик «марса».

— Ну что, может, снова поцелуемся, — спросил он, когда большая часть результатов моих ночных трудов перекочевала в его карманы. — Не раздумала быть моей подружкой?

Он привлек было меня к себе, но вдруг отпустил и устремился к особняку.

— Сейчас я добуду настоящее угощение.

На сей раз я схватила его за руку. Кто знает, что сделает Тревор, когда доберется до двери.

— Ты уже соскучилась по мне? — спросил он, удивившись тому, что я не убежала.

— У них закончились сласти.

— У них не горит свет. Они легли спать.

Он извлек из-под плаща аэрозольную баночку с краской.

— Им определенно нужно украсить фасад!

Тревор направился к особняку.

— Нет, Тревор. Не надо!

Он отодвинул меня в сторону. Этот тип собирался испоганить то единственное, что было действительно прекрасным в этом убогом городишке.

— Нет! — крикнула я.

Он сковырнул крышку и потряс баночку.

Я попыталась отвести его руку в сторону, но не тут-то было.

— Так, что бы такое написать? Подумаем. Как насчет: «Привет новым соседям»?

— Не надо, Тревор, не надо!

— Или «Вампиры любят компанию»! Я подпишусь твоим именем.

Он собрался не только напакостить новоселам, но и подставить меня, встряхнул свою банку и направил распылитель на особняк.

В отчаянии я схватилась за теннисную ракетку, которой играла с отцом. Ни одна партия не казалась мне такой важной, как эта! Вместо мячика передо мной маячила алюминиевая баночка, по этой самой жестянке я и вмазала изо всех сил. Удар получился что надо. Жестянка взлетела в воздух, как настоящий мяч, но я, как это частенько бывало и в настоящих играх, после удара ослабила хватку, и ракетка полетела вслед за банкой.

Тревор заорал. Очевидно, я угодила ракеткой не только по банке. Неожиданно над входом зажегся свет, внутри звякнули засовы.

— Нам нужно убраться отсюда! — заорала я Тревору, который присел, держась за ушибленную руку, и совсем уж было собралась удирать, когда вдруг ощутила нечто, чего не ощущала раньше, то есть чье-то присутствие.

Я развернулась и беззвучно ахнула, потому что от страха у меня перехватило дыхание. Я застыла на месте. Это был он. Не чудной старикан. Не новые хозяева. Это был готический парень, готический друг, готический принц.

Он стоял передо мной как рыцарь ночи. Его длинные черные волосы лежали на плечах тяжелыми волнами. Глаза были темные, глубокие, чарующие, пленительные, восхитительно умные, мечтательные, мрачные врата, ведущие в его упоительно черную душу.

Он тоже стоял неподвижно, словно вбирая в себя мой образ. Его лицо было бледным, как и мое.