Поцелуй по-эльфийски

А если у Дьеналя имелась возлюбленная? Понятно, что он не собирался жениться, но это не значит, что он не мог быть влюблен…

– У меня не было девушки, – улыбка чуть тронула тонкие губы. – Друзья… я бы назвал их другими претендентами на звание хранителей. Поэтому мы больше соревновались между собой, чем дружили.

Ни друзей, ни девушки, значит. И, судя по его отцу, в семье тоже все было не просто, раз он даже свою заводить не стремился. Возможно, не так уж плохо, что он проведет этот год со мной и посмотрит на жизнь с другой стороны? Вдруг тогда и не станет жалеть, что свернул со своего пути хранителя? Найдет себе нормальную эльфийскую девушку, женится на ней…

От последних мыслей стало как-то грустно. С молчаливым Дьеном было удивительно комфортно. Правда, хотелось его хоть немного разговорить.

– Дьеналь, а расскажи мне про Древо? Какое оно?

И тут эльф впервые по-настоящему улыбнулся.

Дьеналь на секунду прикрыл глаза, вспоминая Древо. Тот, кто увидел его хоть раз, никогда не забудет. Оно огромно, поистине величественно и монументально, древнейшее в их мире. А еще оно разное, с разными ветками, на которых растут разные листья. На одной светлой ветке с шершавой корой могут расти длинные узкие листочки, а на другой – темной и гладкой – маленькие и круглые. А уж когда оно цветет всеми цветами от белого до почти черного… но это невозможно описать словами, как и передать весь восторг, охватывающий любого, кто имеет возможность приблизиться к нему.

По преданию, все живое началось оттуда. В Древе есть признаки всех растений. А когда их мир расцвел и зазеленел, появились первые животные, а затем эльфы и люди.

Дьен на мгновение подумал, что было бы здорово – показать Древо Виолетте. Ей бы точно понравилось, особенно в период цветения. Возможно, когда-нибудь он сможет привести свою жену к Древу за благословением.

Он попытался рассказать, но если на эльфийском существовало множество слов, созданных специально для описания Древа и не использующихся ни для чего больше, разве что в метафорах, то человеческий всеобщий оказался слишком скуден. А может, Дьеналь знал его недостаточно. Он корил себя за косноязычие, как никогда. Почему-то ему было важно, чтобы девушка его поняла.

Но она слушала, затаив дыхание, спрашивала про аромат цветов, про плоды, которые вырастают на древе, интересовалась, не пытался ли кто-то вырастить из их семян нечто подобное. На что Дьен только рассмеялся, искренне и весело. Ни у одного эльфа и мысли бы не возникло выращивать новое Древо, и да, из семян получаются обычные деревья с одинаковыми ветвями.

– А слезы? Ты когда-нибудь видел их? – она, закусив губу, ждала ответа.

– Нет, – покачал головой Дьеналь. – Я не видел. Но хранители нужны именно в период плача Древа, тогда оно по-настоящему уязвимо.