Запретный поцелуй

Только самые скучные люди бывают на ее приемах. Боюсь, вы умрете там от тоски.

– Возможно, – сказала леди Данди, нетерпеливо взмахнув отягощенной множеством колец рукой. – Но она моя старинная подруга. Мы в один и тот же год начали выходить в свет. Я не могу обидеть ее, отказавшись прийти на званый завтрак, когда впервые за много лет приехала в город.

– Очень великодушно с вашей стороны, – примирительно сказал лорд Сен-Клер. – Могу я надеяться, что леди Софи почувствует себя достаточно хорошо, чтобы тоже пойти с вами?

– Боюсь, это маловероятно. Но она прекрасно посидит дома, пока мы с Рандолфом поведем Эмму на завтрак. – Она потянула Эмили за руку. – Пойдем, девочка, тебе нужно отдохнуть. Нам не хотелось бы, чтобы ты тоже заболела.

Бросив на лорда Сен-Клера и мистера Поллока беспомощный взгляд, Эмили вручила каждому из них по бокалу и удалилась вслед за своей «матерью». Как только они достаточно далеко отошли от мужчин, девушка прошептала:

– Вы думаете, что это лорд Сен-Клер?

– Вполне возможно, но скоро мы это выясним. Теперь, когда он знает, что завтра Софи останется дома одна, он может попытаться тайно навестить ее. Это будет несомненным доказательством его вины.

– Как вы собираетесь не дать ему узнать, что ее там нет?

– Об этом не беспокойся, дорогая. Слуги знают, что говорить. Кроме того, Рандолф замыслил остаться дома. Он помешает лорду Сен-Клеру, если тот предпримет что-нибудь серьезное. – Графиня взглянула туда, где все еще стояли оба джентльмена. – Что ты думаешь о Поллоке? Его ты тоже подозреваешь?

– Я не знаю. Однако он сказал нечто странное о дяде Ран… и… я хочу сказать, лорд Несфилд запретил ему приближаться к Софи.

Леди Данди весело улыбнулась:

– Я вижу, ты хорошо вошла в роль. Эмили покраснела.

– Надеюсь. Но иногда я ее ненавижу. – Ее?

Они вышли в холл, и Эмили огляделась, не подслушивает ли кто, но там было пусто.

– Я ненавижу ее за то, что она богата и кокетлива и заставляет всех мужчин ухаживать за ней. – Девушка подумала о том, как изменилось поведение Джордана по отношению к ней сегодня, и пылко добавила: – Они бы не увивались так вокруг Эмили Фэрчайлд. Они вообще не обратили бы на нее внимания.

– Не говори глупости – они ухаживали именно за Эмили Фэрчайлд. Это ведь маскарад, а не переселение душ. Обе эти женщины – ты. Право, тебе не удалось бы так убедительно изображать леди Эмму, если бы ее черты не таились скрытно в тебе. – Графиня поправила выбившийся непокорный локон девушки одним из тех материнских жестов, которые Эмили успела полюбить. – Скажи-ка мне честно, так ли уж тебе не нравится этот маскарад?

Эмили склонила голову, слишком устыдившись своего ответа.

– Нет. Но в этом-то и весь ужас. Он должен был бы вызывать у меня отвращение.