Запретный поцелуй

 – Как любит повторять Поллок, у меня каменное сердце. И никому, а в особенности ни одной смазливой, ни на что не годной девчонке, не удастся этого изменить.

Вы все еще можете встретить это заблуждение среди мужчин – они почитают свой узкий круг за человечество.

Часом позже Эмили все еще не могла решить, чем она обеспокоена больше: тем, что одурачила Джордана, предоставив ему в точности то, что он хотел – дерзкий фарс с опытной женщиной, или тем, что с такой легкостью сыграла распутницу. Какой же порочной особой нужно быть, чтобы так поступать – беззастенчиво лгать мужчине и соблазнять его так… так бесстыдно?

– Что-то вы совсем притихли, леди Эмма, – произнес знакомый голос рядом с ней. – Вам скучно?

Она взглянула на мистера Поллока и, как обычно в этот вечер, сказала то, что, по ее мнению, могла бы сказать леди Эмма:

– Разумеется, мне скучно. Вы, столичные жители, такие степенные… спокойные. В Шотландии мы обычно танцуем джигу до рассвета, а этот бал, по-видимому, уже подходит к концу. Меня это просто выводит из себя.

Два щеголя, стоявшие рядом с мистером Поллоком, рассмеялись. Он ухмыльнулся ей в ответ, глаза его блестели от слишком большого количества выпитого пунша.

– А эти шотландские парни ведь все очень пылкие, разве не так? Расхаживают повсюду в своих килтах, под которыми ничего больше нет. Могу себе представить, насколько их джиги… познавательны для молодых леди, скажем так.

Недопустимо было говорить подобные вещи девушке, только что начавшей выходить в свет, и он, конечно же, знал об этом. Подавив острое желание прилюдно выпороть Поллока, Эмили вместо этого игриво ударила его сложенным веером.

– Вижу, вы верно поняли, что я хотела сказать. Вам, англичанам, стоило бы попробовать иногда надевать килт. Это здорово оживило бы подобные вечеринки.

Трое мужчин звонко расхохотались, и громче всех мистер Поллок. Затем он склонился к девушке и, понизив голос, сказал:

– Назовите время и место, леди Эмма, и я буду счастлив надеть килт ради вас.

Эмили пренебрегла явно непристойным намеком, скрытым в его словах.

– Мне бы и в голову не пришло просить вас надеть килт, когда на вас такой великолепный наряд.

Видимо, это неимоверно ему польстило, что ничуть не удивило девушку. Мистер Поллок, при всей своей белокуро-ангельской внешности и небрежных манерах, был именно тем, кого леди Данди определенно назвала бы «денди». Его голова возвышалась над огромнейшим количеством складок, которые только можно вообразить на шейном платке, и по затрудненным движениям, когда он поворачивал голову, было ясно, что накрахмаленный материал натирает ему шею. Эмили могла бы предложить ему успокаивающую мазь для кожи, но очень сомневалась, что он способен оценить это.