Посторонний в доме

Все, чего ей хочется, это свернуться в клубок под одеялом и спрятаться от мира.

Он осторожно сказал:

– Твои друзья спрашивали, когда можно тебя навестить.

– Я не готова никого видеть, если только это не Бриджит, – она благодарна Бриджит, но больше ей ни с кем не хочется встречаться: ей не нужны расспросы.

– Я так и сказал, но они все равно собираются зайти.

– Не сейчас.

Том кивнул.

– Уверен, они поймут. Это подождет. Тебе в любом случае нужен покой, – он заботливо посмотрел на нее. – Как ты себя чувствуешь?

«Я в ужасе», – хотелось ответить ей. Но вместо этого, слабо улыбнувшись, она сказала:

– Рада, что дома.

Том разжег гриль, замариновал стейк, наспех соорудил салат и достал чесночный хлеб. Какое облегчение, что Карен снова дома!

Но загадка до сих пор не решена. Авария и то, что ей предшествовало.

Он хочет доверять жене.

Утром тот полицейский, Флеминг, предложил обыскать дом. Том вспомнил, как растерялся, услышав это предложение. Первой его мыслью было: «Что он хочет найти?» А второй: «Вдруг он что-нибудь обнаружит? Что-то нехорошее?»

Он подглядывал из-за занавесок до тех пор, пока коп, бросив последний долгий взгляд на дом, не сел в машину и не уехал. Затем Том сделал две вещи. Во-первых, нашел через Интернет местного юриста по уголовным делам и записался на прием. Во-вторых, тщательно прочесал весь дом.

Это заняло у него добрую половину дня – с перерывом на визит к Карен в больницу. Дольше всего он осматривал кухню. Перебрал все коробки с хлопьями, пакеты с мукой, рисом и сахаром – все, что не было запечатано. Вытащил содержимое буфетов и тумбочек и осмотрел все ящички. Ощупал все темные места, чтобы проверить, нет ли там чего-нибудь незаметного. Заглянул на верхние полки шкафов, под ковры и матрасы, внутрь чемоданов и редко надеваемой обуви. Спустился в подвал и, вдыхая затхлый воздух, подождал, пока глаза привыкнут к темноте. Там почти ничего не обнаружилось: только комната со стиральной машиной и коробки с мусором. В основном они использовали подвал как склад. Том осмотрел каждый угол. Даже заглянул за трубы. Под конец он проверил гараж. На протяжении всего обыска его не покидало странное ощущение: ему не верилось, что все это происходит на самом деле, что он действительно это делает. «Какого черта? Что я пытаюсь найти?» Но он так ничего и не обнаружил, совсем ничего. Только почувствовал раздражение и стыд за самого себя.

И еще облегчение.

Закончив, он снова все убрал, как было, чтобы Карен ничего не заметила. Потом поехал забирать ее из больницы.

Когда стейк был готов, Том занес его в дом и побежал наверх сообщить Карен, что ужин подан.

Они сели за столом на кухне. Том предложил ей красного вина, но она мягко покачала головой.

– А, точно, – вспомнил он.