Дебютная постановка. Том 2

– Из нежизненного остается только твоя работа. Это, конечно, такое себе… книжно-киношное, но других вариантов я не вижу.

Петра будто под дых ударили. Он вспомнил, как собирал материал для книги о деле Сокольникова. Здесь же, в Москве. И как к нему в кафе подсел незнакомый мужчина. И как потом наезжали на Каменскую, стараясь ее запугать.

А ведь говорят, что снаряд не падает дважды в одну воронку. Выходит, врут?

– Прости меня, пожалуйста, – тихо сказал он и потянулся за телефоном.

Январь – февраль 1980 года

Юрий Губанов

Кто ж мог знать, что грянут такие морозы! В позапрошлом, 1978 году, 31 декабря в Москве термометры показывали минус 40 градусов, да при северном ветре. Казалось бы, такая погодная аномалия должна случаться редко, и уж в следующем-то году этого точно не случится. Однако ж на рубеже 1979–1980 годов мягкой зимы тоже не случилось. Праздника, проведенного на дежурстве, Юре было не жалко, но вот трескучий мороз заставил помучиться, особенно при выездах на уличные происшествия. До Нового года холода вкупе с сезонной эпидемией гриппа тоже изрядно подпортили жизнь, сотрудники сваливались с тяжелыми бронхитами и пневмониями, нагрузка на тех, кто оставался в строю, увеличивалась с каждым днем. Одним словом, жизнь в предновогодние недели работникам милиции медом не казалась."

"Юра очень боялся простудиться и заболеть, ведь это нарушило бы его строго выстроенный план. Каждый раз, возвращаясь с работы промерзшим и окоченевшим, выпивал полстакана водки с перцем и сидел, опустив ноги в тазик с горячей водой. Отец только похмыкивал, глядя на попытки сына уберечься от болезни доморощенными средствами.

– Ты бы лучше нижнее белье поддевал для тепла, – говорил он.

– Кальсоны, что ли? – фыркал Юра.

Сама мысль о том, чтобы носить под брюками и рубашками отвратительного цвета и смешного вида «исподнее», казалась кощунственной. Какие могут быть кальсоны в эпоху джинсов, батников и дубленок? Да как можно раздеться перед девушкой, если на тебе это уродливое старомодное убожество? Лучше сдохнуть от простуды, чем так позориться.

Ему удалось не заболеть. Может, хорошее здоровье спасало, а может, и народные средства помогли. Весь январь Юра Губанов каждый свободный час проводил в консерватории, где Эрик, он же Эрдэни Баркан, водил его по классам, договаривался о разрешении присутствовать, знакомил с преподавателями и студентами. Юра включал все имеющееся в наличии обаяние и дружелюбие, заводил разговоры, обменивался телефонами, одним словом, закреплял знакомства. И набирался знаний, пусть и поверхностных, о всяких музыкальных тонкостях.