Посредники

— Но ведь именно ты привязала ее к столу, Моргана, дорогая моя. До сих пор она была такой покладистой и сговорчивой. Вот только теперь… Что ж, полагаю, ты знаешь, что произошло.

Он запустил руку в светлые волосы Нив и рывком запрокинул ее голову назад.

— Ты сбежала, маленькая глупая девочка? Думаю, мне следовало этого ожидать. В пещере… скажем так, немного уютнее. Не так ли, зверушка? Но, к счастью, Моргана нашла тебя.

Блик медленно запечатлел слюнявый поцелуй на шее Нив.

— Мы хотим, чтобы ты, в конце концов, оставалась в сознании. У нас еще долгие девять месяцев впереди. Хмм? — Он заржал, и Нив хрипло взвыла.

— Отпусти меня. Прошу, Тим, отпусти меня. Пожалуйста. Я буду хорошей. Я никому не скажу. Пожалуйста, отпусти меня…

— Ну… — Блик перевел взгляд на Моргану. Она почувствовала, что все внутри обрывается, и невольно вцепилась пальцами в стену. — Подружку свою проси.

Моргана заметила, что в пещере посветлело — совсем чуть-чуть, но все-таки. Стараясь не выдать себя резким движением, она осторожно осмотрелась. Пока Блик измывался над беглянкой, Мотылек крайне медленно приподнял стоявшую на столе лампу. Теперь его взгляд был устремлен не на связанную девушку, а лишь на хрипящую тварь возле нее и исполнен такой глубокой ненависти и решимости, что Моргана попятилась. Подняв лампу как можно выше, Мотылек посмотрел на Моргану. Она не могла полностью прочитать то, что скрывалось в его взгляде, но почувствовала, чего он ждет от нее.

— Что касается меня, — услышала Моргана собственные слова. — Я думала, я тебе нравлюсь.

И Блик… омерзительный, самодовольный Блик… с ухмылкой повернул к ней голову.

— Я сказала, что я тебе…

Лампа с треском обрушилась на голову Блика и разлетелась на куски.

— Нравлюсь! — взревела Моргана в тот самый миг, когда Мотылек сделал выпад.

На мгновение воцарился хаос. Блик, охваченный пламенем, катался по столу. Моргана наклонилась, поспешно освобождая запястья Нив и помогая ей встать.

Только бы удалось дотащить Нив до двери, только бы удалось вывести ее из туннелей, хоть на себе вытащить. Тогда она станет героиней. Мотылек не сможет обвинить ее в том, что она — резатель. Он первым сделает ошибку, а она выкрутится. Нив она все объяснит позже… свалит все на идиотскую сестринскую ревность. Мотылек же позаботится о себе сам.

Пока Блик извивался, стараясь сбить пламя, Моргана тащила растерянную девушку к отверстию в стене, за которым, как ей казалось, она видит слабейший намек на дневной свет.

— Моргана? — проскулила Нив. — Моргана, помоги мне… прости меня… Я…

— Скорее, — еле слышно прошептала Моргана.

Моргана бросила последний взгляд через плечо на Блика, который уже начал подниматься, а огонь тем временем перекинулся с него на залитый маслом стол.