Поспорить с судьбой

 — Разве тебе не хватило предыдущего опыта общения с мужчиной? Запомни, стоит девушке расслабиться и поверить в сказки о любви, как…

— Хорошо, дочка, прости меня. Нужно немного потерпеть, и всё действительно наладится.

— Я потерплю. Но мне так сложно, когда он смотрит зверем. Понимаешь, мама, я чувствую боль Маркуса, как свою. Он неплохой человек, но сейчас в душе его кипит злоба. Не спрашивай, откуда мне это знать. Я засыпаю и просыпаюсь с мыслями о мести, с его мыслями, понимаешь? — всхлипнула Кейра, смахивая непрошеные слезы.

— Всё будет хорошо, родная, — проговорила Регида, не зная, что еще ответить расстроенной дочери. — Но пока придётся положиться на судьбу, — матери было мучительно больно наблюдать за смятением девушки, но и поделать она ничего не могла.

В это время за приоткрытой дверью находился Маркус. Он стал невольным слушателем разговора двух женщин.

С недавних пор молодого человека и самого посетили новые чувства: словно его дополнили, и только теперь он стал единым целым. Маг хорошо понимал, о чём говорила

Кейра, ведь и он ощущал в себе отголоски её эмоций: тревогу за мать, горечь от его безразличия, волнение за будущее. Сперва Маркус не мог осознать, что с ним происходит, а сейчас, после услышанных слов и обрушившихся на него искренних эмоций понял и проникся. Только была одна проблема: молодой человек по-прежнему не понимал, зачем им понадобился висельник? Чудом избежав смерти, причем дважды, он стал опасаться всех и каждого.

С какого момента жизнь покатилась под откос? Этот вопрос задавал себе парень каждый день, каждую минуту, и не мог дать на него ответа. Возможно, дело было и в том, что события последних месяцев странным образом стёрлись из его головы, всплывая отдельными картинками и непонятными отголосками. Маркус задался целью узнать, кто подвел его под виселицу, а, узнав, отомстить. Со всей своей изощренной жестокостью.

Потому что никому не позволено отнимать жизнь у другого человека. Вот только нужно вспомнить…

Что касается супруги… При мысли о ней, в груди молодого человека разливалось что-то тёплое, а голос разума умолкал: словно бы он выпил бочонок горячей медовухи.

— Надо же, не думал, не гадал, а оказался женат, — буркнул про себя маг, прикладывая руку к той области тела, где всё чётче вырисовывался их брачный рисунок.

"Что ж, в одном Регида точно права — обратного пути в любом случае нет", -

мелькнула мысль в голове Маркуса, и он решил присмотреться к собственной жене. К

тому же, ему совсем не хотелось больше быть поводом для её слез, ведь он обязан ей жизнью, причем в двойном размере. Сначала она спасла его от виселицы, а потом еще и выходила, при этом едва не отправившись за грань вместе с ним.

Еще несколько дней Маркус и Кейра восстанавливались.