Поспешное замужество

— Правда?

— Определенно, — ответила женщина. — Вы хотите увидеть Никки? Ну, конечно, вы, наверное, за этим сюда и приехали, — добавила она, прежде чем он смог что-нибудь возразить.

Анголос только хмыкнул в ответ. Женщина улыбнулась.

— Вы поставили меня в неловкое положение, — произнесла она. — Я ведь не знаю, о чем вы договаривались с Джорджи. Кажется, вы еще ни разу не видели сына. — Она испытующе взглянула на Анголоса. — Я вижу, у вас нет никакого желания обсуждать свои дела с назойливой пожилой женщиной.

— Могу вас заверить, что я приехал не затем, чтобы похитить ребенка.

— Рада это слышать, но все-таки вам лучше приехать, когда Джорджи будет дома.

— Но ведь мальчик сейчас здесь? – осторожно спросил Анголос, Он заметил, что женщина насторожилась. — Дело в том, миссис...

— Меня зовут Рут Симмонс. Мисс.

— Мисс Симмонс, у меня очень мало времени.

Женщина посмотрела на него с выражением крайнего неодобрения.

— После стольких лет?

Для Анголоса такой вопрос не был неожиданностью. Очевидно, Джорджетт выставила себя невинной жертвой, а его — безответственным отцом.

Неужели она забивает ребенку голову подобной ерундой? Бедный малыш...

— Когда должна вернуться Джорджетт?

Рут Симмонс неуверенно посмотрела на Анголоса.

— Я не могу точно сказать.

— Не можете или не хотите?.. Впрочем, не важно. — Анголос посмотрел на часы. — Я вернусь в более подходящее время.

Улыбка, застывшая на лице мужчины, не отразилась в его темных глазах. Рут подумала, что в нем есть какой-то особенный шарм.

«Если бы я была лет на двадцать моложе...» — пронеслось у нее в голове. Улыбка исчезла с ее лица, как только она услышала громкий хлопок и еще более громкий вопль, раздавшиеся из гостиной.

— Что случилось? — закричала она и помчалась в дом.

Анголос последовал за ней.

Несколько минут спустя Рут с плачущим ребенком па руках осматривала разрушения. Что ж, могло быть и хуже. Но все-таки жаль, что бюст в викторианском стиле лежал сейчас на полу, разбитый вдребезги. Около осколков валялся перевернутый стул.

— Ты упал, Никки? — Рут говорила таким мягким, спокойным тоном, что мальчик сразу перестал шмыгать носом. — Бедняжка, — произнесла она, прикладывая платок к ранке на лбу ребенка. — Ты не ударился еще где-нибудь, милый?

Никки отрицательно покачал головой.

— Бабушка будет сердиться...

— Нет, думаю, не будет.

— Нет, будет, — упрямо заявил малыш. На его глазах снова блеснули слезы. — Кто ты? — спросил он, указывая крошечным пальчиком на незнакомца.

— Боже мой! — воскликнула Рут, заметив, что Анголос не ушел, а проследовал за ней в комнату. Он стоял посреди гостиной как вкопанный и не сводил глаз с ребенка, которого Рут держала на руках.

Не ответив, Анголос продолжал судорожно вдыхать воздух, как человек, который внезапно разучился дышать.