Последняя тайна рейха

Барон пересекал коридор, приближался к лестнице, а майор контрразведки СМЕРШ на цыпочках взлетел вверх. Подобная же анфилада, залы, арочные проемы. Он сам не понял, что на него нашло. Все можно списать на обычную человеческую любознательность.

Потанин видел спину барона, взбирающегося по лестнице. Тот прерывисто дышал, ворчал что-то себе под нос. Олег сместился за угол, отступил в ближайшую нишу. Прикончить барона, пока есть возможность? Спрятать тело, попытаться вырваться из замка? Нет, этот субъект нужен живым, у него есть что-то важное. Потанину и самому становилось интересно, он всеми порами чувствовал интригу.

Барон поднялся по лестнице, повернул влево, зашагал по коридору. Олег высунулся из ниши, провожал его глазами. Фон Гертенберг отдалялся, свернул влево.

Контрразведчик набрался смелости и последовал за ним. Между пилястрами образовался узкий проход. Он не стал высовываться, стоял, слушал. Шаги отдалялись. Черт сломает ногу в этих запутанных переходах! Наконец Олег рискнул выглянуть и обнаружил, что барон опять сворачивает. Он выждал несколько секунд — не вздумает ли вернуться? — на цыпочках заскользил следом, прижался к ложной колонне на углу, стал потихоньку высовываться.

Дальше коридор никуда не шел, упирался в сравнительно разомкнутый предбанник метров на сорок полезной площади. В стене была единственная дверь. Ее охраняли два эсэсовца в полной амуниции, с высокоэффективными штурмовыми винтовками. Понятное дело, они не торчали всеми днями по стойке «смирно», но при виде барона подобрались, отдали честь. Он скупо кивнул, достал из кармана ключи, отпер дверь и вошел внутрь. Створка была массивная, из черного дерева, но закрылась легко, почти без шума. Охранники расслабились, переглянулись и косо усмехнулись друг другу. Дескать, опять наш босс со своими погремушками.

В сторону коридора солдаты не смотрели, перешептывались. С бдительностью тут явно были перебои, но кого бояться?

Качественной отделкой предбанник не блистал. Затертый паркетный пол, обыкновенные светильники. Над дверью скоромное бронзовое распятие, над ним табличка с надписью «INRI», непонятной для советского человека. Скорбный лик Иисуса, висящего на кресте.

Олег почувствовал, как легкие мурашки ползли по его спине, резко обернулся. Никого. Однако надо убираться, пока не засекли. Что тут у барона — тайная комната, куда он никого не пускает? Два замка, стальные нашлепки. И ключи, возможно, в единственном экземпляре.

Он начал отступать, перебирая руками по стене, выбрался в коридор. С лестницы доносился шум, там что-то постукивало, солдаты спускали тяжелый ящик. Потанин наложил на лицо озабоченность и двинулся дальше по коридору. Залы расширялись, в стенах проявлялись глубокие альковы.