Последняя надежда

Сместился немного на кровати и неожиданно запихал мой мизинец в свой рот.

– Что ты делаешь? – Взвизгнула и попыталась отобрать ногу.

Куда там. Догилев вцепился в нее, как в родную и чуть прикусил то, что было у него во рту. Я едва со стула не слетела.

– Пусти. – Прошипела, но вышло как-то жалобно.

– В кровать ляжешь? – Спросил он.

Я быстро закивала. Догилев с сожалением выпустил мою многострадальную и покусанную конечность и похлопал по одеялу рядом с собой. Вновь одернула футболку и осторожно переместилась на кровать. Меня тут же сгребли в охапку. Я жалобно пискнула.

– Надька, – прошептал он так, что меня всю жаром обдало. – Какая же ты…

– Какая? – Спросила, не подумав.

– Дурочка. – И засопел мне в шею.

– Сам дурак. – Попыталась собраться с мыслями.

– Угу, – согласился он. – Но нам же вместе хорошо? – Спросил он, принявшись облизывать мою ключицу.

Хорошо, то хорошо, только вот молчать это не помогает. А внизу его родственники. А мне завтра будет безумно стыдно. Догилев, кажется, понял мое состояние, потому что переключился на мои губы, перекрывая стоны поцелуями."

"Сегодня Виталик никуда не спешил, он смаковал каждое мгновение, он внимательно изучал меня и позволял мне изучить его. Он плавил меня в своих руках, превращая в податливый воск мое тело. Он явно знал обо мне что-то такое, чего я сама о себе не знала.

– Ну вот, а ты сопротивлялась. – Он довольный лежал рядом со мной, пока я отходила от пережитого удовольствия.

– Эксгибиционист. – Выдохнула, понимая, что все крики ему заглушить не удалось.

– Все уже давно спят. – Он потерся носом о мое плечо. – Тем более мама спит крепко, а Машка, как убитая. – Соизволил пояснить он.

– Догилев, мне вообще-то стыдно. – Возмутилась я.

– А мне нет. Смирись, потому что твою стыдливость мы будем планомерно искоренять. – Широко улыбаясь, сообщил он мне.

Остальное время до начала рабочих дней прошли примерно в том же режиме. Виталик только каждый день занимался в зале и часто сидел в кабинете за работой. Я присоединялась к нему, готовя материал на учебную четверть.

Маша съехала к бабе Нюре сразу же после Рождества, и дома резко стало тихо. Да-да. Именно дома. Я даже в мыслях начала называть это место своим домом. Странно даже.

– Ты опять задумалась. – Виталик заставил меня вынырнуть из мыслей.

– Что? – Подняла голову.

– Я спросил, во сколько ты завтра заканчиваешь работать? Нужно же еще в ЗАГС успеть. – Повторил он.

Я нервно заправила волосы за уши.

– Может быть, подождем немного? – Спросила с надеждой.

Догилев покачал головой.

– Ну, уж нет. Я и так долго ждал. Чего ты боишься?

– Но мы же и так нормально живем. – Пробормотала растерянно. – Зачем еще что-то?

– Детей по суду буду на себя записывать? – Нервно спросил он.

– Нет никаких детей.