Последняя надежда

 – Я нашел одежду на полу и понял, что мне придется одеваться во что-то другое. – Давай одевайся, и пойдем новый год встречать.

– Мне бы в ванную…

Когда мы спустились вниз, мама довольно улыбнулась и отвернулась. Машка же только открыла рот, как напоролась на мой взгляд. Рот захлопнулся. Так-то. Надя, красная, как рак, уткнулась в мое плечо. Пришлось завести ее в гостиную и усадить на диван.

– Ой, мы же торт принесли. – Мама всплеснула руками и убежала на кухню.

Машка еще немного посверлила нас взглядом и вздохнула.

– Аж завидую. Пойду тоже на кухню помогать резать торт без вас. Теть Саш, а у вас в деревне мужики нормальные еще есть? – Прокричала она громко, двигаясь в сторону кухни.

– Надь, прекрати. – Потребовал от девушки, когда она практически залезла мне подмышку. – Наплюй на всех. Что ты как в первый раз…

– Второй. – Прохрипела она глухо. – И от этого не легче.

– Надь, здесь все взрослые люди и все понимают. Успокойся. – Попросил ее.

– Лучше бы не понимали. – Она отстранилась от меня. – Ладно. Не буду портить праздник.

Я заулыбался. Мой праздник сегодня точно ничего не смогло бы испортить, ведь я держал свою мечту в руках. Работа, деньги, компания – это все цель, а вот Надя – это мечта. Такая родная и иногда чертовски недостижимая. Упрямая и нежная. Неуловимая и впившаяся во все мои нервные окончания. Снова поцеловал ее, чтобы голову глупостями не забивала.

Мама с Машкой действительно притащили откуда-то торт. Интересно, кто ночью посреди поселка торты раздает? Оказалось, Машка на конкурсе по метанию снежков выиграла. Все выпили шампанского под бой курантов и разошлись спать. День и так был насыщенным, а Надя еще не совсем здорова.

Уже лежа в кровати и обнимая умаявшуюся девушку, задремавшую на моем плече, понял, что никогда еще встреча нового года не была такой теплой и радостной. Еще никогда не было такой веры в светлое будущее."

"Глава 16

Надежда

Утром мне стало совсем стыдно. Почему-то все разом накатило. Еще даже глаза не открыла, а они уже на мокром месте. Во-первых, реально стыдно за вчерашний разврат, который мне устроил Догилев и который я сама спровоцировала. А если бы Александра Алексеевна с Марьей раньше пришли? Ужас какой.

Во-вторых, было стыдно за то, что я живу в чужом доме, ничего не делаю. Нахлебница по всем параметрам. И появилось стойкое желание сбежать к бабе Нюре. Она хоть домашнее хозяйство позволяет вести. Иногда.

В третьих, я не знала, что делать с мужчиной, лежащим рядом…

– Надь, прекрати. – Послышалось сонное бормотание. – Чего опять себе напридумывала?

– Я сплю. – Попыталась успокоить Виталика.

– И поэтому плачешь? – Насмешливо спросил он и лениво потянулся, как большой кот.

– Я не плачу. – Огрызнулась, и тут же шмыгнула носом.