Последняя из рода

Ну, иногда приходилось делиться и чем-то более значительным, не спорю – наши власть предержащие деньги считают на удивление хорошо, хоть многие из них закончили только девять классов. И то с трудом…

Хотя, если быть откровенной, мысль о том, что снова придётся впрягаться и сочинять грязные схемы, не встретила в моей душе должного отклика. «Наверно, я старею!», - промелькнула вялая мысль, ничуть меня не расстроившая. Я посмотрела на высокие собачившиеся стороны с должной серьёзностью, заставив бабку внести уточнение:

- Ну, ладно-ладно тебе глаза-то пучить, Алинка! А тебе, Марки, я уж, так и быть, отсыплю десять процентов из своих двадцать, которые поимею с этого дела.

- Мы договорились всего на десять процентов, - я решительно мотнула головой и вздёрнула подбородок, решив сражаться за каждый гольден.

Это ж никаких денег не хватит на этих проглотов! Дед на мои слова злорадно расхохотался и невежливо ткнул пальцем в сторону леди Филиппы:

- Вот, значит, как ты со мной? Не зря я тогда, в молодости, на тебе не женился! Как чувствовал! – на что та стала раздуваться, как рыба-шар, и яростно махать кулаками, утверждая, что это она бы в жизни никогда не вышла замуж за столь мелочного крохобора.

Скандал грозил перерасти в рукоприкладство. И я бы непременно на это посмотрела. Но не сейчас, поэтому я решила принять посильное участие в разрешении этого конфликта:

- У меня созрела новая идея! Как насчёт того, чтобы не отправлять на экспорт зерно? Видите ли, переработанная продукция имеет гораздо более высокую себестоимость. Поэтому я думаю, что Айлин не откажется, если неподалёку с её лесопилкой на водном колесе я поставлю свою мельницу. Стану перемалывать зерно в муку и продавать на рынке, что на наших землях. Уж, поди, свёкор за это денег не попросит. А то и отвозить на рынок в город."

"- Много ли ты так продашь? – возмутилась бабка и тревожно переглянулась с Маркасом. – Совсем не те масштабы, которые ты могла бы, если бы мой сын помог тебе с реализацией зерна в Аурелии или вон Марки в Энландии.

- Ничего, зерно полежит, не испортится! – решительно стояла на своём я.

- Как ты думаешь, она и вправду способна на такое коварство? – пробормотал Маркас, обращаясь к леди Филиппе.

- А то! – скривилась та. – Из храма кружку с пожертвованиями сопрёт и не поморщится! Ну, что за люди пошли!

Я широко улыбнулась своим собеседникам, чувствуя, что мяч наконец-то на моём поле:

- Да, и это ещё не всё! Я согласна на то, чтобы десять процентов со всего урожая отправилось дяде Мейсону. И на ваше предложение, милорд, согласна тоже. Ещё часть пойдёт в зернохранилища в качестве посадочного материала. Остальное останется в Дейтоне.

На вполне закономерный вопрос, мол, как же так, не сразу нашлась, что ответить.