Последняя гастроль госпожи Удачи

Они вроде поверили, что Толик в Таиланде умер, но решили подстраховаться. И эта дрянь их задание выполнила! Сдала нас. Лицо у Толика другое, а тело прежнее. Эта … его сто раз без одежды видела, когда во время съемок капельницы ему с физраствором ставила! Наташка точно догадалась, кто у меня в квартире! …! …!

Светлана схватила Павлову за плечи и затрясла, как бутылку с кефиром, приговаривая:

— Отвечай, гадина! Говори, сволочь!

Павлова закрыла глаза и повисла в руках Рубакиной.

Глава 37

Родной дом встретил меня темными окнами. Я испугалась, вбежала в прихожую, споткнулась, похоже, о сумку и упала.

— Ав, — тявкнула сумка.

Я пошарила рукой вокруг себя, нащупала свернутый бубликом хвост и воскликнула:

— Хуч! Что ты делаешь у двери? Почему везде свет выключен?

Тьму разрезал узкий луч света.

— Простите, опять пробки вышибло, — объяснил Женя, — сейчас все исправлю.

Через пару секунд под потолком вспыхнула люстра.

Я встала.

— Хучик, пошли…

Ба-бах! — донеслось из глубины дома. Прихожая опять погрузилась во мрак.

— Надо вызвать электрика, — сказала я в темноту. — Кстати, Женя, вроде вы говорили про какие-то штуки, они нам счета уменьшат.

В холле вновь стало светло.

— Понимаете, — забормотал Евгений, — прежде чем поставить по всему дому ноу-хау, которое реагирует на хлопок, я решил установить на пробу один выключатель в моей комнате. И теперь, когда раздается любой громкий звук, гаснет свет во всем доме.

— Так вот в чем дело! — засмеялся Дегтярев, выходя из коридора. — Хозяюшка решила обзавестись новомодной штукой. А как правило, они не работают так, как обещает производитель.

— Это Коробко придумал, — начала защищаться я. — Женя, надо в вашей спальне модный выключатель демонтировать, вернуть обычный.

— Не могу до мастера дозвониться, — признался парень.

— Боже! Ужас! — закричала Маша. — Катастрофа!"

"Мы все, забыв про свет, одновременно ринулись в дверной проем. Евгений с полковником столкнулись и застряли, а я встала на четвереньки, проползла у Дегтярева между ногами и очутилась на кухне первой. Там уже скопились собаки, они смотрели на Машу.

— Что это? — спросила та, держа в руке ярко-зеленую банку с наклейкой «Масло».

— Масло, — ответила я, — там написано.

— Пахнет приятно, — заметил Маневин, который сидел в столовой, — но не маслом.

Я втянула носом воздух.

— Аромат вроде знакомый…

— Машенька, тебе дурно? — ахнул Александр Михайлович, вбегая в кухню. — Господи, скорей усадите девочку. Юра, Юра!

— Что случилось? — крикнул из коридора зять.

— Манюне плохо, — запаниковал полковник, — налейте рюмку коньяку!

— Я прекрасно себя чувствую, — возразила Маруся, — а алкоголь беременным нельзя.

Дегтярев достал из буфета бутылку.