Последняя Арена 4 (СИ)

И снова какие-то знакомые имена, но сколько бы я ни напрягал память, так и не смог вспомнить, где слышал их раньше.

От ноющей боли в районе живота удалось абстрагироваться, мысленно прокручивая куплеты песни, которую я слышал, когда разговаривал с отцом.

Вскоре меня усадили на каменное кресло, не забыв упрятать руки в кандалы. Лязгнул металл, приковывая плечи к ровной спинке. Я находился в позе первоклассника за партой. Покрутил головой, пытаясь нащупать затылком твердую поверхность, но всё было тщетно: отправиться на возрождение посредством самоубийства не получится. В очередной раз стянули ноги. Я был надежно зафиксирован, будто лягушка на столе средневекового врача-исследователя. И ситуация мне, мягко говоря, не нравилась.

Я помнил ментальную закладку Кейры. Время уходило, но глупая ситуация не позволяла вырваться из странной ловушки.

Напрягался изо всех сил, пытаясь выкрутиться из западни, но конструкция держала крепко. Не получалось даже освободить руку или ногу.

Ещё через час услышал скрежет массивной отъехавший двери. Застучала расставляемая мебель, а вскоре послышался многочисленный стук обуви. С меня наконец-то сорвали мешок. Огляделся.

Я находился в небольшом помещении. Окна отсутствовали. На столах громоздились футуристические кейсы, которые неуместно смотрелись на фоне обшарпанных стен. И люди... Множество людей в военной форме, рассевшись полукругом, с интересом наблюдали за мной.

— Ты знаешь, почему тут оказался? — взял слово человек, на плечах которого были погоны генерал-полковника.

— Потому что таков сценарий, — сказал я с усмешкой. — А ты мне что скажешь?

— Откуда ты прибыл? — проигнорировал военный.

— Из града славного и достопочтимого. Московией именуемым. Град сей славен изысканностью строений своих. Ещё Есенин, что Сергием именуем, писал в стихотворении...

— Довольно, — перебил мой бред сухой голос генерала. — Когда всё началось?

— Всё началось с сотворения мира. Или с Большого взрыва. Или ещё черт знает с чего. Ты хоть представься для начала.

— Столыпин Леонид Маркович.

— О, точно! — вспомнил я. — Знаю такого.

— Мы встречались? — генерал многозначительно переглянулся с близсидящим соседом.

— Сам-то как думаешь? Да и вон тот полкан тоже какой-то знакомый, — я кивнул на офицера, что находился слева от Столыпина.

— Из какого времени ты прибыл?

— Из Смутного. Как раз с рубежа веков. Между шестнадцатым и семнадцатым, — блеснул я эрудицией.

— Ты будешь отвечать на вопрос?

— А смысл?

— Смысл? Смысл я тебе сейчас покажу, — Столыпин поднялся и неспешно прошествовал к столам. Взял один из кейсов и нажал на пару кнопок. Из чемоданчика пахнуло паром.