Ее последний вздох

Постаревшая, в белом пуловере с треугольным вырезом, синих джинсах и теннисных туфлях, Андерсон стала уже совсем бабушкой. Судя по всему, кто-то из ее родителей был родом из Азии. Дэн сразу обратил внимание на ее очки: в пластиковой оправе бирюзового цвета. И улыбнулся ей своей самой обезоруживающей улыбкой.

– Джо Энн Андерсон?

– Да, – сказала она.

– Меня зовут Дэн О’Лири. Я прошу прощения, что вот так сразу, без предварительного звонка, стучусь в вашу дверь. – Большинство людей с легкостью бросают трубку телефона, а вот захлопнуть дверь перед носом у человека куда сложнее. – Мне бы очень хотелось задать вам несколько вопросов о том, что случилось здесь около десяти лет тому назад.

– Убийство Бет Стинсон, – сказала женщина. – Это было девять лет назад. Десять будет только 20 апреля. Такие вещи не забываются.

– Конечно, вы правы.

– Как, вы говорите, ваше имя?

– Дэн О’Лири. Я из Седар Гроув.

– Седар Гроув? – переспросила она.

– Это к северу отсюда, в Каскадных горах.

– Я знаю, где это. Мы возили туда детей каждое лето. Озеро Росс знаете?

– Много раз там рыбачил.

– У нас там была плавучая хижина.

– Должно быть, вы рано там устроились. Я слышал, сейчас, чтобы только встать на очередь, надо иметь близких родственников в тех местах.

Андерсон улыбнулась.

– Сорок лет назад таких проблем еще не было. А где вы, говорите, работаете?

– Я адвокат. Интересуюсь делами вроде этого, – сказал он, балансируя на грани между правдой и полуправдой.

– И что у вас за интерес?

– Я изучаю свидетельские показания и пытаюсь понять, достаточны ли они были для того, чтобы осудить человека.

– Но Уэйн Герхардт сознался.

– Да, я знаю.

– Он что, написал отказ?

– Мистеру Герхардту грозила смертная казнь. Я пересматриваю показания.

– То есть у вас что-то вроде проекта «Невиновность»?

– Вы об этом слышали? – ответил он вопросом на вопрос, балансируя все на той же грани.

– Да, конечно, – ответила она.

– Могу я задать вам несколько вопросов?

Андерсон пожала плечами.

– Почему бы и нет. – Но в дом его не пригласила.

– Вы говорили детективам, что встали ночью и пошли в кухню выпить воды.

– Да, верно.

– Еще вы сказали им, что не были уверены, надели вы перед этим очки или нет.

– Верно, не была.

– Но на процессе вы сказали «скорее всего, да». Почему вы так решили?

– С тех пор уже много времени прошло, таких подробностей я не помню.

– Да, я понимаю, лет прошло много. Но вдруг вы вспомните.

– Наверное, я сказала так потому, что без них я бы его вообще не увидела. Я бы и вас сейчас без них толком не разглядела.

– А вы помните, какое у вас было зрение девять лет назад?

– К счастью, такое же, как сегодня.

– А какое оно у вас сейчас?

– Понятия не имею. – Она посмотрела ему через плечо, на улицу. – Это ваша машина?

– Да, моя.