Ее последний вздох

На экране высветился номер экспертно-криминалистической лаборатории штата Вашингтон. Она ответила.

– Майк?

– У меня для тебя кое-что есть.

Трейси взглянула на часы.

– Не знаю, когда я смогу к тебе подъехать.

– Я у вас, дверь рядом с кабинетом АСИП[28].

Она повернулась к Кинсу, но тот уже снова говорил по телефону.

– Иду.

Дежурный офицер приложила трубку к плечу, увидев, что Трейси собирается уходить.

– Детектив?

– Спросите, чего она хочет. Скажите ей, что я перезвоню, как только вернусь. Выудите у нее как можно больше подробностей.

Мелтон встретил Трейси в небольшой комнате перед кабинетом У-150, где работал региональный эксперт АСИП, и провел в одну из лабораторий за ней. Там Трейси поздоровалась с Шери Белль, которую знала по прежним расследованиям. На столе лежала фиолетовая сумочка Вероники Уотсон, вся в пятнах алюминиевой пудры, которую применяют для снятия отпечатков пальцев."

"– Я обработала сумочку жертвы, – сказала Белль. – Получила пять хороших отпечатков. Два точно совпадают с отпечатками Брэдли Таггарта. Майк говорит, ты его знаешь.

– Таггарт был бойфрендом погибшей, – сказала Трейси. Можно было не сходя с места назвать тысячу причин, почему отпечатки Таггарта оказались на сумочке Уотсон, но Трейси вспомнила слова Шерис о том, что Таггарт путал девушку с банкоматом.

Видимо, почувствовав, что сообщение не произвело на Трейси значительного впечатления, он кивнул Белль и сказал:

– Расскажи ей.

– Отдел дактилоскопии считает, что этот отпечаток совпадает с тем частичным отпечатком, который мы сняли с комода в комнате мотеля.

Глава 36

Дежурные детективы как по команде вытянули шеи, разглядывая Аманду Сантос, когда Кинс, встретив ее у лифта, вел ее по седьмому этажу Центра юстиции.

– Ничего хорошего не обещаю, – сказал он, жестом приглашая ее в крошечную кухоньку с кофемашиной.

– Я ведь работаю на правительство, – сказала Сантос. – Деготь вкуснее того, что у нас выдают за кофе в иных местах. – Наполнив чашки, они прошли в отсек группы А, устроились там за центральным круглым столом и стали разбирать вопросы, которые Сантос рекомендовала Стефани Ладлоу задать Дэвиду Бэнкстону, когда тот будет проходить тест на полиграфе.

– А можно вопрос? – поинтересовался Кинс. – Предположим, Бэнкстон виновен. Зачем ему соглашаться на полиграф? Или эти парни считают, что они умнее полиграфа?

– Некоторые, возможно, считают и так, но не большинство. Они обманывают машину не потому, что используют какие-то специальные техники или приемы. Они обманывают ее потому, что не испытывают раскаяния в том, что натворили; они считают все свои поступки полностью оправданными.

– Тогда зачем нужен тест?

Сантос пожала плечами.

– Трудно сказать. Взять, к примеру, Банди.