Последний сантехник

Она же, первая в Латвии, выжала из ГАЗ-52 нелепые 90 км/ч. Никому раньше не приходило в голову так издеваться над пожилой техникой. Юля показывала поворот куда попало, а задний ход применяла исключительно для разрушения и убийств. Она называла вождение грузовика своим призванием. Она с самого утра рвалась за руль. Говорила только о машинах. Пыталась даже выписать журнал «За рулём».

* * *"

"В моих мечтах всё было иначе. Проехав круг по полю, мы должны были припарковаться в кустах. Я бы рассказал волнующую историю из жизни опытного гонщика. Закат при этом догорал бы, отражаясь в Юлиных глазах лучиками счастья. Я бы погладил её бедро в знак поощрения. В финале мерещился треск пуговиц на блузке.

На деле мы скакали по полям и пляжам, распугивая птиц и зайцев. Мне не хватало ладоней для поглаживания всё равно уже чего. Я держался за поручень всеми руками и боялся открыть глаза. Слово «бедро» вспоминалось лишь в связи с терминами «перелом», «открытый перелом» и «оторвало». Любовь оказалась довольно изнурительным занятием. А сколько в ней опасностей!

* * *Мне скоро захотелось одиночества. Понимая, чем рискую, я отвёл машину в мастерские. Там её признали годной, несмотря на следы изнасилований. За очень дополнительные деньги слесарь обнаружил дефекты, требующие хотя бы недели ремонта. В благодарность я разрешил ему прокатить на ГАЗ-52 какую-нибудь женщину. Это лучшее средство от одиночества, сказал я.

* * *– Ты пешком? – спросила Юля ледяным голосом. Мы сидели в разных углах дивана и смотрели в разные стороны. Без грузового адреналина её всю крутило и ломало. Микродвижениями рук и ног Юля выигрывала ралли Даккар. Ожидаемо вбежала бабушка. Сказала, что в гости едет Василий. Он купил «мазду», все приглашены восторгаться. У Юли вспыхнул взгляд, не суливший «мазде» ничего хорошего. Юная японская машина ещё не приехала, а дни её уже были сочтены. Отрыв органов, побиение камнями и прочие эротические игры – вот что её ожидало. Я встал, попрощался и вышел. Никто не заметил моего отплытия на фоне швартующегося Василия. Больше мы с Юлией не виделись. Её бабушка только врывается иногда в мои сны, грозит рулём от подъёмного крана и кричит что-то насчёт растления.

* * *Я знал девушек красивей. Многие были настолько умны, что никогда не просились за руль. У некоторых было по два крыла с надписями «доброта» и «ирония». Такие терпели меня дольше обычного. И всё равно скучаю иногда по любви без тормозов, дикой и стремительной, как ГАЗ-52.

Иногда.

Не сильно.

Но скучаю.

Рыба в углу

Ляля неосторожно увлеклась скульптурой. За полгода натворила целый мешок шедевров. Художественная школа упаковала продукцию вместе с табелем, велела тащить домой.