Последний сантехник

Ляля в тот день прибежала довольная, чего-то говорила, я слушал вполуха. Ну разбили сердце, подарили другое, потом намазали что-то кому-то. Детская трескотня не должна мешать злиться на управдома Ларису Орлову, которая от нехватки сдобы в организме переродилась в фурию.

* * *Приехали мы домой. Вижу – сиденье машины в непонятных пятнах. Источник не известен, Орлова не могла бы нагадить так золотисто. На краю сознания болталась история про накрашенную попу. Изловил Лялю, развернул к лесу передом и сложил пасьянс. Немножко поорал, конечно. Мне же эту машину продавать. А любовь, размазанная по сиденьям, похожа на совсем другую эманацию.

– Я же говорю, дурак Мельхиседек меня накрасил! – сказала счастливая Ляля и отдала мне свою булочку с маком. Ей ни к чему, а мне как раз пригодится.

О роли курева в литературе

Бекназаров – самый добрый композитор в мире. Любой может принять участие в его концерте. Голос не важен, слух не обязателен. Навыки речи и прямохождения тоже вторичны. Александру нравятся вообще все люди. Он всех любит и никому не отказывает. Бывало, вырвется на сцену откровенный идиот, покричит, руками помашет и сбежит.

– Ну что ж, интересно, – скажет Александр спокойно. – И стихи такие необычные…

Чаще других с нами выступают исполнительницы романсов. Это самый массовый вид в музыкальной биологии. Они похожи на китов, моржей или касаток, но никогда – на стремительных кузнечиков. Если шлёпнуть по такой ладошкой – волна должна трижды обежать тело. Если обежала – перед нами хорошая исполнительница. Если нет – ей никогда не взять верхнее соль в романсе «Эту тёмно-вишнёвую жаль».

На втором месте по распространённости талантливые дети. Помню мальчика со свирелью, папа за него просил. Такой пронзительный концерт вышел, многие плакали.

Одна женщина привела девочку, которая дома у себя регулярно насиловала пианино. Женщина считала, это нужно сделать прилюдно. И концерт Бекназарова как раз подходит для таких перверсий."

"Разбавлять нашу тягомотину ещё большей тягомотиной не хотелось. Я задал ряд неприятных вопросов. Например, откуда взялась эта девочка?

– Она играет на пианино. Понимаете? – ответила женщина с таким пылом, будто речь шла о небывалых разумных рыбах. И добавила:

– Вас же люди терпят, значит, и пианино выдержат!

Тут пришёл Бекназаров, всё утвердил, и начались сорок минут собачьего вальса.

В городе N на сцену выскочила поэтесса. Вопреки стандартам жанра, то не была потёртая кляча в малиновых рейтузах. Наоборот, настоящая модель попалась, в ботфортах поверх ночнушки. И зал был счастлив, хоть в городе N коротких стихов не пишут. Всё равно, очень понравилось. Галиматья любого размера с помощью голых ног превращается в стихи.