Последний рассвет

А Курмышов? Ему-то зачем скрывать от окружающих свой роман с женой бизнесмена? И потом, они же должны были как-то контактировать, созваниваться. Этот парнишка, Надир, мне твердо сказал: среди телефонных номеров, которыми пользовался убитый ювелир, нет ни одного телефона Панкрашиной, ни мобильного, ни домашнего. И среди контактов Панкрашиной нет ни одного телефона Курмышова. Надир – мальчик с головой, он проверил не только мобильный, домашний и рабочий номера ювелира, но и телефоны его ближайших помощников на фирме, людей, с которыми он давно работал и которые преданы ему. Мало ли, может, они связывались через мобильник начальника производства или старшего технолога! Вот какие мысли этому мальчику в голову пришли! И ничего не нашел. Ни-че-го! Скажу тебе больше: у него хватило ума проверить электронную почту Курмышова и его переписку в социальных сетях. Панкрашина компьютером не пользовалась вообще. Ее дочь показала, что если маме что-то было нужно, она просила Нину найти или сделать, но сама к компьютеру не притрагивалась и даже не знала, как его включать. Тем более у Нины стоит пароль, которого ее мать не знала. Или ты полагаешь, что любовники пользовались записками и тайниками? Чушь все это!

– И все равно я хочу понять, как ожерелье попало из сейфа Курмышова к Панкрашиной и как оно туда вернулось, – твердо проговорил Антон. – Конечно, если это было одно и то же ожерелье.

– Но ты же сам говорил, что копия исключена, – заметила Рыженко, успокаиваясь. – И имитация тоже.

– Говорил, – вздохнул Антон. – Но с этим в любом случае надо разбираться, особенно в свете истории с Виктором Волько.

– Вот и разбирайся, только мне не мешай и мои планы не нарушай. Я Волько сама допрошу в понедельник, вы с Дзюбой к нему пока не суйтесь. Уяснил?

– Уяснил. А можно я сам еще раз проверю контакты Курмышова и Панкрашиной?

Рыженко глянула недовольно, головой покачала.

– Надир нормальный опер, не хуже тебя. Он все сделал как надо и даже больше. Откуда у тебя столько самомнения?

Нет, определенно Надежда Игоревна была сегодня не в духе.

– У меня не самомнение, – мягко пояснил Сташис. – У меня твердое убеждение, что шаблонные слова о замыленном глазе не с бухты-барахты появились. Кстати, в редакции любой газеты и любого журнала всегда был сотрудник с функцией «свежего глаза». Именно поэтому.

Рыженко еще немного подумала, потом со вздохом открыла сейф, полистала заметно распухшую за последние пару дней папку с материалами дела и протянула Антону скрепленные листы.

– Копию сделай, ксерокс включен.

Сташис быстро скопировал страницы и вернул оригиналы следователю. Надо срочно искать Ромку.

Телефон Дзюбы упорно находился «вне зоны», и Антон не понимал, куда подевался его временный напарник.