Последний попаданец 5

В ресторан, конечно, тянуло, но сил реально не было, поэтому я заказал (за счёт города) ужин и поднялся к себе…

В номер, блин, люкс!

Две большие богато обставленные комнаты, огромная ванна и самое главное — на кровати матрас, подушка и даже одеяло! И все это не соломой набито, а настоящими перьями!

Я растянулся на кровати и, когда раздался стук в дверь, очень долго заставлял себя подняться.

Надо! Там, кроме еды, ещё должны принести пиво!

Со вздохом оторвав себя от матраса, кое-как доковылял до двери, в которую вновь постучали…

Вот неугомонные! Никакого уважения к героям.

Створка скрипнула и открылась… А в следующую секунду меня сбило с ног и швырнуло на деревянный пол.

Последнее, что я увидел перед тем как отрубиться — это вспышка магии, вырвавшаяся из ладони одного из трёх вломившихся в комнату людей.

От автора: как всегда, все кто кинут награду, получат на стену новый секретный чибик с Визой. Приятного чтения)

Глава 6

Туман перед глазами постепенно рассеивался.

Сначала появился высокий силуэт, а потом и лицо.

Зикфрин, ублюдок!

Всегда знал, что много болтающим жизнерадостным мудакам доверять нельзя. Особенно если они стоят у власти.

Беглого взгляда хватило, чтобы понять: меня привязали к стулу. Голым. Попытался вызвать меню и осознал, что на мне опять магическая глушилка."

"Мы находились в крохотной камере, на стене которой горел единственный факел, а дверь, ведущая наружу, была заперта.

— Как ты себя чувствуешь, Илюша? — с елейной улыбкой спросил Зикфрин.

— На х. й иди, — прохрипел я пересохшим ртом.

Кстати, любопытно… Похоже, время, проведённое без сознания, организм посчитал за отдых и чувствовал я себя немного лучше.

— Ну… — всплеснул руками зам мэра. — Где твои манеры? В конце концов, так разговаривать с имперскими служащими нельзя!

— Тогда просто пососи.

— Ха! — Зикфрин схватил стоящий неподалёку стул и, поставив его спинкой ко мне, уселся напротив. — Ладно. Шутки в сторону. Ты кто, б. я, такой?

Это был самый распространённый вопрос, который мне задавали всякие мудаки перед собственной смертью. Вот только в этот раз торжество справедливости, видимо, придётся отложить.

— Тот, кто твою мамку е. ал!

— Папа⁈ — воскликнул гондон и протянул ко мне длинные руки.

И в этот миг с его пальцев сорвалась молния.

Меня скрутило и, не будь я привязан, рухнул бы на грязный каменный пол.

— А нет, не папа… Его я убил ещё до инициации… — Зикфрин с интересом разглядывал моё лицо, а в его глазах плясали огоньки безумного веселья… Или просто безумия. — Так кто же ты, Илюша, спаситель Пронзеля?

Я ещё не отошёл от шока, поэтому шутки про коней в пальто придержал до лучших времён.

— Я твой друг, Илья, — голос «собеседника» вдруг едва уловимо изменился.