Последний попаданец 5

— Мы начнём второй этап… — после очень долгой паузы прохрипел БЦ-2. — Но не на всей территории… С северо-востоком разбирайтесь сами.

— Но у тебя почти все группы именно там!

— Мы переведём!

— БЦ…

— Я всё сказал!

Что ж там за этап-два такой, что хоббит отказывается его на северо-востоке осуществлять? Именно там, где и находятся Пронзель и Грондин? Точно не нападения на людей, это он как раз с радостью бы там устроил…

— Ла-а-адно, — протянул Винтил и, будто бы только что о нас вспомнив, ткнул пальцем в Линду. — Но этих не убивай. Я колдунью и её покровителей знаю. Их можно переманить на нашу сторону.

— Говорю же, пацан точно замешан в крахе нашей группы в Пронзеле, а раз она с ним, то и она тоже. Их надо допросить и казнить!

— В тебе говорит жажда мести, БЦ-2, — голос Винтила зазвучал вкрадчиво. — Ты же знаешь, что император и не с такими договаривался. А они многое знают и гораздо больше пользы принесут при добровольном сотрудничестве… Не хочешь рисковать — подожди. Через два дня придут мои люди и заберут их.

— Они знают об этом штабе и сейчас слишком много слышали, — хоббит обернулся и по очереди посмотрел на каждого из нас. — После допроса они умрут.

— Как знаешь! — Винтил поднял руку, чтобы прервать связь, но до нас успели долететь ещё два брошенных кому-то невидимому слова: — Ранкат ба!

Сфера исчезла, а хоббит резко развернулся.

— Поболтаем? — в его руке вдруг возникло копьё и, коротко размахнувшись, БЦ-2 вонзил мне его в грудь.

Перед тем, как потерять сознание, я будто со стороны услышал свой хриплый крик.

* * *По результатам первого этапа допроса у меня не сложилось впечатления, что этот садист хочет с нами поболтать. Нас полностью раздели (б. я, а я только восстановил комплект! Хорошо хоть меч судьбы в инвентаре) и в основном просто жёстко мучили, нанося очень болезненные, практически смертельные удары, а потом залечивая страшные раны.

Нет, он, конечно, задавал разные вопросы, вот только отвечать времени не давал. Видимо, это была какая-то специальная методика морального подавления. И, признаться, она работала.

Свои-то раны я худо-бедно выносил, а вот видеть, как то копьё, то меч, то зазубренный кинжал терзает плоть Линды было невыносимо. И, судя по её полному боли и вины взгляду, она чувствовала то же самое относительно меня.

— В следующий раз оружие будет раскаленным, и если я сразу же не получу нужные мне ответы, то первым делом отрежу тебе вон ту штуку, что болтается между ног, а ей — сиськи! — заявил БЦ-2 после трёх часов «болтовни», а затем повернулся к своим бойцам: — В разные камеры их.