Последний Паладин. Том 11

Да так много, что ошарашенный парень хотел сорваться с места, догнать Маркуса, схватить за грудки и завопить что есть сил «КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ?»."

"Только вот вместо этого Максим просто сидел и как дурак таращился на блестящий крошечными голубыми молниями в свете луны перстень.

И чем дольше он это делал, тем сильнее понимал, что задавать этот вопрос Маркусу было абсолютно бессмысленно. Давно уже надо было перестать удивляться тому, на что способен этот названный северянин. Но с того первого дня встречи, когда никому неизвестный теневик в потрепанной одежде в одиночку расправился с работорговцами и спрятал в теневой карман целые грузовики улик, Максим держался рядом с этим странным северянином.

Осознанно или нет, но Максим ощущал в нем силу. Такую силу, которую он искал все это время в своих бесконечных скитаниях. Силу, способную изменить этот катящийся в ад мир. Силу, которую он уже и не надеялся найти. И кто бы мог подумать, что этой силой и искомым ответом на возложенные надежды предков окажется всего один человек.

Нет, всего один Паладин.

Но сколь бы силен ни был Маркус. Нельзя все возлагать на него. Максим не для того тренировался как проклятый, чтобы быть простым наблюдателем. Не для того он обуздал силу Третьего. Не для того искал способ изменить мир к лучшему.

Нет, сидеть в стороне это точно не про него. Не про Максимиллиана Третьего, единственного живого потомка великого Воина Молнии и капитана отряда Единства.

С этими мыслями Максим глубоко вдохнул в легкие морозный воздух и прислушался к своим ощущениям. Аргус действительно на него больше не давил. Не считал его угрозой мнимому Пакту. Не висел над ним незримым наблюдателем с занесенным над головой топором палача.

О мыслях об этой свободе, лицо блондина само расплылось в улыбке. С ней он и перевел взгляд на раскрытую ладонь.

— Раз тебе теперь плевать, кто я такой. Я могу сделать так, верно? — усмехнулся он, глядя в черноту ночи и надел перстень. Единственное что осталось от могущественного предка.

Максим надевал перстень не первый раз. И даже не второй. Пока никто не видит, он делал это десятки, сотни раз. Только вот сейчас впервые он ощутил, что перстень живой.

Мягкое покалывание сменилось приятным жжением на пальце, металл засветился голубым ярче любой звезды на небосводе, а источаемая им энергия слилась воедино с внутренним источником самого Максима. Каждую клеточку его тела пробило электрическим разрядом. Волосы встали дыбом, в воздухе запахло жареным, но было не больно.

Наоборот.

Молодой одаренный ощущал как по его венам бежит нечто, что до этого он мог ощутить только глубоко-глубоко внутри. Нечто забытое. Нечто чужое, но в тоже время такое родное.

Отдавшись этому ощущению, Максим закрыл глаза и следом пришли голоса.