Последний наследник

Её Величество сказала, что нужно заблокировать все воспоминания из головы Его Высочества, начиная с момента, как Его Высочество позавтракал. Что именно мы блокируем, она не говорила, а я не спрашивал. Но вы правы, Ваше Высочество, — посмотрел он на Влада. — Её Величество не стала бы впустую рисковать здоровьем детей. Видимо, ваш отец… а может быть, и сам Константин берегли тайну его Метки как зеницу ока. И, чтобы не допустить распространения тайны, могли пойти на крайние меры.

— Ситуация ясна, — резко произнёс я. — Саша, так что там с его Меткой?

Александр выпрямился и решительно уставился на меня.

— Как я помню и понимаю… Его Метка — огненного типа. Но об этом все знают. Суть в том, что она способна сжигать кольца чужих Меток! Обращать их в пламя и поглощать! Чего вы так на меня смотрите, а? Говоря простым языком, он может откатывать своих противников в развитии, а сам становиться благодаря этому сильнее. Присваивать себе чужие кольца, если вам будет угодно! Прикиньте? Учитывая это, нет ничего удивительного в том, что он сильнейшее создание, с каким сталкивался Макс! Но… Макс. — Александр едва ли не оскалился и полыхнул рассеянной Жаждой Убийства. — Что с Глебом, а⁈ Это ведь он подчинил нас с Женей! Он подельник Константина, верно? Как и Роман, который самым первым склонил голову перед ним?

Александр пытливо уставился на меня. Я же после его слов подумал о Романе. Ещё одно «завирусившееся» видео — стоящий на одном колене перед троном Рома. На троне, разумеется, сидит новоиспечённый лжеимператор.

Забавно, что выражение лица Романа на том видео довольно самоуверенное. Улыбочка точь-в-точь как улыбочка Константина. Но…

— За Романа ничего говорить не буду, — произнёс я. — Что им движет, мне доподлинно не известно. Сойдёмся лишь на том, что Роман — верный меч Константина. И он явно связан с Орденом Разочарования. Да чего уж, ставлю сотку, что он и есть глава Ордена. Если под той Маской клыкастого демона был действительно Роман, а не иллюзия.

Я замолчал, покосившись на молчаливую Женю. Когда я читал её мысли и ощущения, я заглянул в момент казни. Тогда ни один из «Демонов» к ней близко не подошёл, так что я не смог доподлинно считать энергетический рисунок кого-нибудь из них. Но всё же Клыкастый на периферии восприятия отметился. Далековато, так что на сто процентов я не уверен. Но всё же процентов восемьдесят могу дать, что он не иллюзия. Да и глупо наводить иллюзию на лицо, скрытое Маской?

Короче, исходим из того, что Клыкастый Демон — в самом деле Роман, как и докладывала мне Роза.

— Хорошо, — прорычал Александр. — Оставим Романа. Что с Глебом, Макс? А? Прошу тебя, брат, не тяни!

— Глеб мёртв, — произнёс я спокойно и откинулся на спинку кресла. — Сколько уже — не знаю. Но сейчас внутри его тела Глеба нет.