Последний из рыцарей

Молодые люди, которых привела в этот орден жажда приключений и тяга к таинственному, особенно страшились этой минуты. Они смутно представляли себе смысл вершившихся здесь обрядов. Но отступать было поздно. Они слишком хорошо знали, какая участь постигла того, кто не сумел держать язык за зубами. Желание выйти из ордена сочли бы изменой, а с изменниками поступили бы согласно жестокому уставу.

Юноши попали сюда случайно, но уже не смели в этом признаться. Они смертельно боялись всех членов ордена. Эти суровые мужи не были особенно кровожадны, но интересы ордена были для них превыше всего. Они были всесильны! Они владели магией и проникали в тайны, которые для других оставались за семью печатями. Юноши не верили в существование болотных жителей, но при мысли о некоторых членах ордена их охватывало смятение. Кто они, обыкновенные люди или…

Больше всего их пугали те три великана, которые явились на встречу через подземный ход. Они никогда не открывали своих лиц, лишь порой на мгновение можно было увидеть их скулы, подернутые мертвенные бледностью, холодные змеиные глаза. Где они жили, откуда приходили сюда? Каждый раз они появлялись в подземелье неожиданно. Иногда их видели под деревьями возле трактира. Иногда они приходили в подземелье задолго до других братьев. Они заметно выделялись ростом даже среди остальных членов ордена.

Расспрашивать друг о друге было запрещено. Разговаривать с остальными во время совершения магического обряда и после него — тоже. Молодые люди были приняты в орден по рекомендации того малого, который поплатился жизнью за свою болтливость. После его смерти они оказались в ловушке. У них не было возможности порвать с орденом. Время от времени они замечали испытующие взгляды братьев…"

"Но с другой стороны здесь было столько занятного! Их с детства влекло к себе все таинственное, теперь же они были причастны к тайнам, о коих и не помышляли. Подавив страх, они следили за ходом магической службы, хотя от происходящего у них мороз продирал по коже.

Пастор, который стоял по другую сторону колодца, читал заклинания на неведомом им языке. Древние, языческие, гортанные. Юноши знали, что этим языком написаны и недавно обнаруженные древние письмена. Считалось, что на нем говорили болотные жители. После заклинаний из колодца начали подниматься клубы пара. Это юноши наблюдали уже не раз и потому не испугались. Но голос, который звучал из колодца, всегда вызывал у них озноб ужаса. Они невольно подались друг к другу. И тут же из-под капюшона одного из троих таинственных незнакомцев сверкнули змеиные глаза.

Юноши знали, что за ними наблюдают денно и нощно. Им не доверяли.

Пастор начал беседовать с голосом, идущим из глубины, сам он был почти не виден из-за клубов пара.