Последний хранитель

Вот Ментир пошел по кругу в одну сторону, обходя меня, потом в другую, я же поворачивался на месте, внимательно следя за его действиями. Наверное, ему надоело ходить, и он решил, что надо со мной кончать, не придумал ничего лучшего и прыгнул вперед, пытаясь ткнуть меня ножом. Я крутнулся на левой ноге, уходя от ножа и пропуская его мимо себя, развернувшись так, что оказался спиной к нему, и когда он по инерции провалился вслед за ножом, воткнул свой нож ему в затылок. Ментир упал, я быстро нагнулся и выдернул нож.

– Кто еще хочет оскорбить меня, я к его услугам, любым оружием.

Но стояла тишина, только тот, кому попал сюрикен в горло, булькал и хрипел. Здоровяк лежал не двигаясь, наверное, один из лучей достал до мозга, а может, просто болевой шок.

– Мы не будем участвовать в нападении, – сказал Паркс, – людей у нас мало, последнее время стража сильно потрепала наши ряды. Ментир был прав, правда, ему не следовало оскорблять тебя подозрениями и обзывать, он первый выхватил нож. Поэтому я ничего не буду тебе предъявлять, но город ты должен до утра покинуть, иначе на тебя откроют охоту. Друзья, мы с Ментиром часто спорили, но это был наш товарищ, надо все здесь убрать и заняться похоронами.

Я повернулся и вышел из комнаты, вот и разыграли «марлезонский балет», думал, спускаясь по лестнице, прихватил перевязь с мечами и, выйдя на крыльцо, направился к карете. Еще до того, как сюда приехали, Паркс сказал, что возчик – преданный ему человек и отвезет меня куда скажу. Но я решил остановить его за пару кварталов от дома, где мы обитали, и пройтись пешком. Дождался, пока карета развернется и поедет обратно, и только тогда направился к дому.

Было уже достаточно темно, под ногами хлюпала грязь, прогулка эта особого удовольствия мне не доставила, и, подойдя к воротам, я был немного раздражен. Постучав в ворота, услышал недовольный голос:

– Ну, кого там еще носит, чего тебе надо?

– Это Серж, открывай.

– Какой еще Серж, а ну, пошел отсюда.

– Послушай, воин, скажи маркизу, что прибыл Серж, – начал я заводиться.

– Маркиз отдыхает и сказал всех Сержей посылать, – и за воротами заржали несколько голосов. Я уже сообразил, что это прибыли столичные гвардейцы, и можно было бы пойти на постоялый двор, но тащиться по грязи, постоянно оскальзываясь, желания не было, да и предупреждение Паркса тоже не стоило игнорировать. Меня начало охватывать бешенство, но я погасил его в себе и, немного пройдя вдоль забора, разогнался, уперся одной ногой в забор и, оттолкнувшись, прыгнул выше. Ухватился руками за верх и, подтянувшись, перекинул тело вначале на верх каменной кладки, а потом, посмотрев, что внизу нет ничего, что могло бы мне создать проблемы, спрыгнул вниз. При приземлении я умудрился шлепнуться на задницу, что меня еще больше разозлило.