Последний хранитель

– Давайте я вам помогу, где вы живете?

– Мне надо в храм Антора, но я первый раз в этом городе и боюсь, что вряд ли найду его ночью. Вы не могли бы проводить меня на какой-нибудь постоялый двор, где я бы смогла остановиться, а уже утром отправилась бы по своим делам, – попросила меня незнакомка.

– Как же вы попали так поздно в город, да еще в такой район?

– Карета, на которой я сюда добиралась, поломалась перед самым городом. Кучер остался с ней, а я пошла в город, на воротах все рассказала страже, и кучеру послали подмогу. А мне объяснили, как пройти к храму, но я, наверное, заблудилась."

"Все это она рассказала мне, пока я помогал ей подняться. Она встала, опираясь на мою руку, и попыталась сделать шаг, тут же вскрикнула и повисла у меня на руке. Я прислонил ее к стене дома, возле которого все происходило, и, опустившись на корточки, ощупал ее ногу. Перелома я не обнаружил, скорей всего вывих, но в этом месте я ничего предпринимать не думал, поэтому подхватил ее на руки и решительно зашагал в том же направлении, куда шел и раньше.

Когда я поднимал ее на руки, женщина, вернее молоденькая девушка, пискнула от неожиданности, потом оправила свой балахон, в который была наряжена.

– Я очень тяжелая, может, давайте я буду идти, а вы меня поддерживать, вам не будет так тяжело, а мне стыдно.

– А почему вам должно быть стыдно? – поинтересовался я.

– Вы, наверное, иностранец, раз такое спрашиваете, вас выдает легкий акцент. Я жрица, и нам противопоказаны контакты с мужским полом. Нет, прямого запрета нет, и мы даже можем выходить замуж, сложив с себя обязанности жрицы. Но это не приветствуется, а я жрица уже три года, меня отдали в храм в пятнадцать лет.

Девчонка сама непосредственность, рассказала, сколько ей лет, легко шла на контакт, но я чувствовал ее напряженное тело, все-таки она чего-то опасается. Так мы и дошли к дому, где нас поселил бургомистр, я постучал в ворота ногой, так как руки были заняты, и стал ждать, когда откроют.

– Кого там принесло? – прорычали недовольно с той стороны.

– Это Серж, открой мне. Это ты, Инвар? – узнал я по голосу гвардейца.

– Сейчас, подожди, – голос уже звучал на порядок благожелательнее, и слышно было, как гвардеец снимал брус, наконец ворота распахнулись, и я попал внутрь двора. По периметру ворот стояло четверо с пиками наперевес и двое с арбалетами.

– Хорошо встречаете, только оркестра не хватает, почетный караул есть, а ну, расступились, не видите – с грузом иду.

Со всех сторон тут же посыпались предложения помощи и раздались смешки.

– Нет, не надо, сам справлюсь, – ответил я и, не замечая ехидных комментариев, понес монахиню в дом.

– А мы где? – заволновалась моя ноша.

– Не бойтесь, вас никто не обидит, с вами ничего не случится, – не стал вдаваться я в подробности.