Последний хранитель

Видно, не стали ждать, когда уничтожат крепость и ее защитников, время поджимало их, что ли. С одной стороны, это было даже хорошо, идущие войска создавали шум, и мы, маскируясь этим шумом, могли бы, не сильно привлекая к себе внимание, выйти из крепости.

Но понаблюдав за идущими войсками неприятеля, я предложил ударить в разрыв между отрядами, оставив последовательность движения такой, как и была. Дорога проходила рядом с крепостью, и в той стороне были небольшие ворота. Посовещавшись, приняли мое предложение, единственное изменение – это то, что, пробив проход, его надо было и удержать. Поэтому те, кто шел на острие атаки, смещались на фланги колонны, а впоследствии осуществляли и прикрытие уходящего от преследования отряда. Лишь когда пройдут последние, после сигнала ухватиться за стремена конников арьергарда и уходить. Еще раз взвесив все за и против, стали готовиться. Авантюра это, конечно, чистой воды, но ведь никто не ожидает, что мы полезем на основные силы противника. Ночь тоже играла свою роль, пограничники отлично знали прилегающую местность, а вот преследователи, если они будут, нет. На этом и на том, что между отрядами противника расстояние было метров двадцать, и решено было сыграть. В группу атаки отбирали добровольцев, только тех, кто чувствовал в себе силы и имел желание сдерживать врага, пока все пройдут, то, что многие из них погибнут, никто не скрывал. Набралось тридцать человек, я вызвался командовать ими, еще раз наметили пути движения, порядок и сигнал, когда можно будет прикрывающим прорыв ухватиться за стремя последних всадников и броситься бежать.

Наверное, все перестали дышать, когда открывали ворота, и по команде пограничники устремились вперед, в разрыв между движущимися отрядами противника. Тридцать метров, отделяющие крепость от имперской дороги, пролетели за несколько секунд, и сразу же ударили арбалеты. Вначале пять выстрелов, затем еще пять, и еще пять с каждой стороны. При этом отряд заранее распределен, кто с какой стороны работает, еще и расширялся в стороны, увеличивая просвет, и вот в этот просвет и устремились вначале повозки и волокуши с ранеными, по бокам их прикрывали конники, потом уже остальные. Глупо считать, что противник растеряется и даст нам возможность спокойно уйти. Ударили в ответ почти сразу, крики, проклятия, звон клинков и щелчки арбалетов слились в единую какофонию боя.

– Шевелитесь быстрей, – орал я, отбивая удары мечей все-таки проломивших наш редкий заслон тонгирцев. Время словно застыло, удар, еще удар, блок, удар, и так до бесконечности, мелькали мечи в свете луны и яростно звенели от соприкосновения с такими же.