Последний Герой. Том 4

Бульдог хмыкнул, откинулся в кресле и, сцепив руки в замок, внимательно взглянул на меня:

— Знаете, Максим Сергеевич, слишком уж много странных совпадений вокруг вашей персоны. Но я докопаюсь до истины. Будьте уверены.

— Не сомневаюсь, — я пожал плечами с деланой усталостью. — Но, боюсь, ничем вам помочь не могу. Да и, признаться, не очень горю желанием. У нас, вон, кражи велосипедов за сутки ещё не раскрыты, а тяжкие телесные в баре «Звездный» повисли висяком. Работы, как вы понимаете, выше крыши. Мне не до прошлых дел, не до Зуева вашего, и не до Валькова. Я ловлю реальных преступников, злоумышленников, а не тех, которые в земле лежат. Для меня это гораздо важнее.

— Интересный вы человек, Максим Сергеевич, — усмехнулся Бульдог, сдвигая папку с бумагами на край стола. — И дерзкий.

— Да нет, самый обычный, — пожал я плечами. — Просто не люблю, когда меня в чём-то подозревают.

— В чём-то? — резко переспросил Бульдог, повысив тон. — Связь с преступным сообществом — это не «что-то». Это десять лет строгого режима. Вы — человек в погонах и должны…

— Лекции мне читать не надо, — резко оборвал я его, не позволяя закончить нотацию. — Будет что конкретное — предъявляйте. А пока я пошёл. Где расписаться?

— Я вас не отпускал, — процедил он сквозь зубы, глаза его сузились до щёлочек.

— Считайте, я сам себя отпустил.

— Я могу отстранить вас от занимаемой должности.

— Да? Это каким образом? Вы можете вынести постановление об отстранении только на основании предъявленного обвинения, а я этого постановления не видел и нигде не расписывался. Где оно? Не вижу. Нет? Ну, раз так, значит, официально я продолжаю оставаться старшим оперуполномоченным Заводского ОМВД.

Бульдог промолчал. Скрипнул челюстью. Затем резко придвинул мне листок протокола допроса.

— Распишитесь.

Я кивнул, демонстративно, не торопясь. Бульдог потянулся к ручке, хотел передать её мне, но я только улыбнулся и, достав из кармана свою, медленно и аккуратно поставил подписи.

* * *— Я сейчас введу тебе препарат. Ты очень хочешь, чтобы я сделал это. Ты ждал его, ты нуждался в нём всё это время. Этот препарат дает тебе силу, он дает тебе выносливость, энергию. Ты почувствуешь, как твой организм наполняется новым зарядом мощи, новым зарядом жизненных сил.

Голос профессора Ландера был негромким, вкрадчивым, чуть хрипловатым и очень спокойным. Он сидел на табурете в той самой тесной камере, где был заперт его нынешний подопытный — Столяров, бывший военный, а теперь простой инкассатор, по воле судьбы попавший в лабораторную мышеловку. Ландер внимательно смотрел на него, не отрываясь, гипнотизируя даже взглядом, словно пытаясь проникнуть в его сознание ещё до начала настоящего гипноза.