Последний Герой. Том 4

Он качнулся, но, на моё удивление, устоял — лоб у мужика оказался, что бронелист. Попробовал схватить меня — и тут я заметил его уши, сбитые и сплюснутые: борец. С такими разговор короткий. Коленом под дых — раз, он скрутился, сверху «рубанул» по затылку — два, и он уже тоже валяется на полу.

Охранник, что подоспел к нам, теперь только растерянно хлопал глазами. Оно и понятно — комплекция хоббита, возраст за шестьдесят. На поясе болталась резиновая палка, но грознее выглядел свисток, в который он тут же дунул.

— Уходим, — сказал я. — Сейчас полицию вызовут.

— Так вы же полиция, — напомнила Ирка.

— Ну и что, — хмыкнул я, — сегодня мы — хулиганы.

Я положил под тарелку несколько крупных купюр — хватит, чтобы с лихвой оплатить счёт.

— Отпусти его, Ваня, — сказал я криминалисту.

Тот отпустил. Бык поднялся, злобно прошипел что-то вроде «Вы покойники, я вас запомнил», но нападать не рискнул — затерялся в темноте зала, даже к товарищу не подошёл, что со стонами шевелился на полу.

Мы выскочили в коридор. На ходу я поймал взглядом администраторшу, кивнул на камеру.

— Красавица, мы тут немножко пошумели. Вот компенсация заведению и мзда за то, чтобы на камерах нас не было. Сделаешь?

Она жадно цапнула купюры:

— Да-да, конечно! Ничего же не сломали, не разбили, всё нормально.

Она, понятное дело, слышала звуки схватки и намётанным ухом уже всё оценила.

— Сотри записи. Я потом проверю.

— Сделаю, не волнуйтесь.

Мы вышли на улицу, поймали попутку, доехали до набережной. Поставили на перила прихваченную из ресторана добычу, смеялись, шумели.

— Ну, блин! Давно я так не развлекалась, — призналась Кобра. — Хотя, честно, и вообще никогда.

— Хи-хи, — хохотнула Ирка. — Ну вы даёте, мальчики! Ваня, ты его так свалил — я думала, он тебя размажет! А ты, Макс, даже не напрягся, как вырубил того бугая…

— Мы же полицейские, — скромно хмыкнул Ваня.

Но по густой краске на лице видно было, что ему приятно — похвалы он в жизни, похоже, почти не слышал. А тут — от красивой девушки да в самый нужный момент.

Я хлопнул его по плечу и прошептал, наклонившись к уху:

— Молоток. Видишь, всё получилось.

— Я сам в шоке, Макс, — пробормотал он, косясь на девушек. — Никогда не дрался… всё как-то на рефлексе. Видимо, не зря нас учат этим приёмам.

— Ага, не зря. Ну что, давайте выпьем — за «хорошо сидим»… или стоим, — добавил я.

Все рассмеялись.

На ночной набережной стояла тишина, которую мы бессовестно нарушали. Жёлтые дорожки от фонарей дрожали в чёрной воде, а ветер с реки приносил прохладу, от которой по коже шли лёгкие мурашки.

Мы устроились прямо у перил: я умудрился прихватить коньяк, а Ваня — вино, раздобыли пластиковые стаканчики — как студенты.