Последний Герой. Том 2

Словно кто-то взял и сорвал занавес, кто-то на арене прошёл по канату, который я натянул между прошлым и настоящим. Я не торопился. Молча, медленно стал шарить по карманам, будто в поисках телефона, но на самом деле не торопился его найти, и пошел уже куплет:

'Сигарета мелькает во тьме,

ветер пепел в лицо швырнул мне…'.

Нашёл телефон, будто бы неуклюже вытащил из кармана. Он, естественно, выскользнул и с глухим стуком откатился в сторону по скользкому линолеуму.

Она будто очнулась, торопливо встала, наклонилась — одновременно со мной. Мы чуть не стукнулись лбами. Я взглянул ей в глаза. Там было что-то. Узнавание. Или, может, воспоминание — точно такое же, как у меня. Я поднял телефон, улыбнулся и сел снова на свой стул. Она неловко отстранилась. А взгляд был обращен в никуда.

В прошлое, в ее молодость.

— Извините, — прервал я паузу, выключая звук будильника. — Напоминалка сработала… Пора лекарство принять.

Она сидела напротив, крутила в пальцах авторучку, теребила так, будто собиралась переломить пополам. Но глаза упрямо не поднимала. А я, стараясь не суетиться, достал из внутреннего кармана куртки знакомую белую бутылочку альмагеля, потряс её пару раз, сделал два глотка прямо из горлышка и убрал обратно.

Она это увидела. Ручка выскользнула из её пальцев, покатилась по столу, затем глухо стукнулась об пол. Вера не шелохнулась, будто не заметила.

Когда-то я, действительно, подхватил ментовскую болезнь — язву. Хроника. Всё как положено: нервы, дежурства, бутеры и сало на ходу, кофе и курево вместо обеда. Так и не долечился. С ней и ушёл. Помню, как она, совсем молоденькая, бегала в аптеку, искала мне именно такую же бутылочку, приносила, открывала, поила из своих рук. Тогда я ещё пытался отшучиваться, отмахивался. Не любил этой меловой жижи, которая морозила язык. Но с ней рядом принимал.

Я взглянул на Веру. Участливо спросил:

— Что с вами, Вера Олеговна?

— Извините… У вас… проблемы с желудком? — пробормотала она, будто очнулась от наваждения.

— Ерунда. Язва. Профессиональная. Не статья — носить можно, — сказал я, улыбнувшись.

Это была её шутка, я её подхватил ещё тогда, в прошлой жизни. Она хорошо её знала. Её пальцы дрогнули, губы сжались, потом она провела ладонью по лицу, будто стирала с глаз не то слёзы, не то наваждение. Шмыгнула носом.

И снова пауза, а я не торопил.

— Вам непременно нужно обследоваться, Максим, — проговорила она и качнула так головой, как раньше, когда я отказывался от злосчастного Алмагеля.

Я заблаговременно навел про нее справки. Два раза замужем, два развода — и сейчас одна. Что-то не срослось. Оба раза она выходила замуж за оперативников. Видимо, искала похожего на Лютого… Или я себя немного обманываю, и это просто совпадение. Сейчас не спросишь, да и не нужно.