Последний Герой. Том 2

«Что⁈» — кричало где-то глубоко, но снаружи я остался камнем. Не моргнул. Только коротко кивнул:

— Знаю этого персонажа. Мудак тот еще… А ты с ним что?

— Приходит на сеансы ко мне, гадать. Разбирается, как он сам говорит, в своей «заблудшей душе».

— Гадать? Серьезно? — я вскинул бровь.

Современный мир продолжал удивлять.

— Да, а что?

— Прости, я думал ты… ну, шарлатанка. Театр одного хитрого актёра, свечки, заклинания, дымок для атмосферы.

— Не совсем, — спокойно ответила она. — Конечно, я могу и вайба поддать — полумрак, шелест карт. Но это же не просто так примочки — это нужно, чтобы человек открылся. Чтобы чуть-чуть поверил. А дальше… дальше дело не в картах. Люди приходят ко мне не потому, что безоговорочно верят в магию. А потому, что им не с кем поговорить в современном муравейнике. Они хотят чуда, и я им его даю.

Она вздохнула, будто что-то вспоминая. Что-то, что смогла, изменила, исправила она сама. И продолжила:"

"— Настоящее гадание — это не просто фокусы. Это умение слушать и увидеть то, что человек не может или боится сказать вслух — и даже сам того не замечает. Я считываю его, ну… вот как ты — подозреваемого. По тебе ведь понятно, ты в своём деле мастер. А карты, они помогают — не больше, чем твоя интуиция. Я чувствую и подсказываю. Иногда, знаешь — выдергиваю человека с самого края. Всякое было…

Она говорила спокойно, уверенно и совершенно искренне. И я верил. Не в гадание и звёзды, а в то, что передо мной человек, который умеет разглядеть чужую боль и не шарахается от неё. А это уже редкость.

— Помогаешь людям? Ворожбой? Интересно… — задумчиво пробормотал я, поправляя рубаху так, чтобы пистолет не выпирал.

— Не совсем ворожбой, — ответила она. — Я по образованию-то психолог. Практиковала, вела приёмы, консультировала. Но конкуренция сейчас жёсткая, толком не пробьёшься. Все хотят что-то новенькое, особенное. Быстро и действенное. Чудо-пилюлю. А я со временем нашла свою нишу. Люди идут ко мне, когда не могут сказать вслух, что болит. Я говорю за них. Мол, карты велели, интуиция подсказала, высшие силы направляют — и они слышат. Иногда человек не может принять решение, а если оно будто «сверху» пришло — оно как-то легче. Ну… Так и живём.

— Неожиданно… — кивнул я, — ну, а что с Валетом… с Вальковым, то есть? Что ему надо было и откуда у него моя фотка?

— С ним? — она посмотрела в сторону, словно собираясь с мыслями. — С ним все непросто… Он вообще-то в состоянии хронического тревожного расстройства. Если говорить языком психологии, то с элементами параноидальной фиксации. Поведение типичное — контроль всего, гипербдительность, попытки обезопасить себя внешне, при этом внутри он уже не чувствует себя в безопасности. Он боится. Кого-то из своего прошлого.