Последний день лета

– Будет лучше, если с этим вопросом ты обратишься к Тягачеву, – сказал Кирилл.

Ульяна взглянула на Тягачева и уловила вибрации беспокойства. Он поставил себя в невыгодное положение, когда отступление будет трактоваться как слабость. На секунду в ней шевельнулось сочувствие – все же болен, но отступать было некуда. Она не могла переложить на чужие плечи ответственность за собственный поступок.

– Я говорила с Тягачевым. Он отказал.

– Для этого есть причины? – осторожно поинтересовался Кирилл.

– Нет, никаких. Зам главного бухгалтера выполняла мое поручение и за это была уволена.

– Странно… – сказал Кирилл и спросил: – Ты сейчас где?

– В кабинете у Дениса Андреевича.

– Он рядом с тобой? Передай ему трубку.

Ульяна молча протянула свой телефон, и Тягачев взял его."

"– Здравствуй, Кирилл. – Выслушав несколько фраз, он ответил: – Ну хорошо. – И положил трубку на стол так, словно ему было неприятно присутствие Ульяны и он хотел минимизировать взаимодействие с ней. Но все же ему пришлось сказать ей несколько слов:

– Дюкову в должности восстановят.

– И ей не будут чинить препятствия, – подсказала Ульяна в расчете на положительный ответ.

– Не будут.

– Ее не уволят при первом удобном случае.

– Я сказал! – прикрикнул Тягачев. – Дюкова будет работать. Точка! Необязательно было привлекать к разговору своего брата-молокососа!

Ульяна взяла телефон и, продемонстрировав экран, сказала:

– Вы забыли нажать отбой. Боюсь, что молокосос услышал ваши слова.

Тягачев хватил кулаком по столу и злобно выругался:

– Черт! Все одно к одному!

Вернувшись в пансионат, Ульяна забрала на ресепшене ключ от комнаты заседаний и, расположившись там за большим столом, разложила копии договоров. К тому времени, когда появился Богданов, она изучила отчет и сделала выводы.

– Вы уже здесь? – Следователь прошел к своему столу. – Меня предупредили, что ключи у вас.

– Есть результат по финансовой деятельности Флеера. – Ульяна кивнула на документы. – Судя по всему, он еще тот проходимец. Зарабатывал на всем, даже на покупке одежды для Тягачева – выдавал рыночный ширпотреб за фирменные бренды.

– Главное, Тягачев был уверен в том, что надевает фирму. Самодовольных, богатых дураков проще обманывать.

– И знаете, – продолжила Ульяна. – Возвращаясь к скандалу в номере Гуровых, я склоняюсь к тому, что Елена Петровна ругалась с Флеером.

– Зря. – Богданов сел за стол, деловито огляделся и, в попытках сосредоточиться, передвинул пару предметов.

– Почему?

– Флеер сдал биоматериал.

– И что показал анализ?

– Гурова царапала кого-то другого. – Богданов тяжело вздохнул. – Теперь это факт.

– У нас остается Милана. Они могли договориться…

– Нет! – перебил ее следователь. – Не могли.