Последний ученик да Винчи

За ней оказался огромный, ярко освещенный зал, похожий то ли на бальный зал дворца, то ли на внутреннее помещение собора. Каменные стены покрывала тонкая, удивительно искусная резьба, на высоте более десяти метров вдоль стен проходила узкая деревянная галерея. Окон в этом зале не было, но в противоположной от входа стороне находился огромный витраж, подсвеченный изнутри тусклым красноватым светом. Витраж изображал изогнувшееся перед прыжком чудовище — полуящерицу, полузмею, покрытого сверкающей чешуей монстра со второй, маленькой головой на хвосте. То самое чудовище, которое было изображено на картине в Эрмитаже.

Обе пасти монстра были приоткрыты, и из них высовывались два красных раздвоенных языка. Чудовище смотрело, кажется, прямо в глаза вошедшему в зал Старыгину, и в этих глазах читался весь ужас, вся ложь, весь бесконечный цинизм мира… Дмитрию Алексеевичу показалось, что он заглянул в ад.

Изображенное на витраже чудовище так привлекло его внимание, что он не сразу заметил наполнявших зал людей.

Их было много, наверное, несколько сотен, но огромное помещение вмещало всех, и каждый человек здесь держался обособленно, самостоятельно, никто не разговаривал, все сторонились друг друга, как будто каждый хранил свою собственную страшную или постыдную тайну. И при том, что они не разговаривали друг с другом, зал наполнял ровный, неумолчный гул, как если бы каждый человек безостановочно говорил сам с собой или повторял одну и ту же нескончаемую молитву.

Как и Старыгин, все были одеты в длинные черные плащи, и капюшоны скрывали лица присутствующих. И во всех фигурах, в том, как напряженно они держались, как медленно перемещались по залу, повернувшись в одну и ту же сторону, чувствовалось нетерпеливое и вместе с тем настороженное ожидание. Все присутствующие чего-то ждали и в то же время чего-то страшились.

Старыгин медленно двинулся вперед, стараясь ни с кем не сближаться, старательно обходя облаченные в длинные плащи фигуры.

Там, в дальнем конце зала, под витражом, изображающим древнее чудовище, находилось что-то вроде алтаря, на котором виднелась огромная книга в черном кожаном переплете. Возле алтаря на каменных плитах тускло светилась жаровня из кованой меди, и над ней курился голубоватый дымок, медленно расползавшийся по залу. Позади алтаря, возле самой стены, стоял громоздкий саркофаг из черного камня.

Двигаясь к алтарю, Дмитрий Алексеевич случайно бросил взгляд на стену и разглядел покрывавшую ее каменную резьбу.

Он никогда не видел ничего подобного.