Последний ученик да Винчи

Небольшой караван шел дальше и дальше. Верблюды постепенно увеличили скорость, и теперь они бежали по ночной пустыне длинной растянутой цепочкой. Маша слегка покачивалась в седле, как в весельной лодке. Она поняла, почему верблюда называют кораблем пустыни. Эта неторопливая раскачка, вместе с накопившейся за бесконечный день усталостью, постепенно усыпляла ее. Внезапно она вздрогнула и отогнала дрему, подумав, что ждет ее впереди.

Прямо по курсу из темноты выступили приближающиеся горные отроги, еще более темные, чем ночная тьма. Верблюды постепенно замедлили шаг и вскоре остановились.

Предводитель отряда что-то прокричал повелительным голосом. К Маше подошел погонщик, ее верблюд плавно опустился, и девушка скользнула на землю. Дальше следовало пробираться узкой тропинкой среди скал, и верблюды стали бесполезны.

Тропинка постепенно поднималась вверх. Рядом с Машей шел прежний молодой бедуин, поддерживая ее на особенно крутых и обрывистых участках пути. Маша чувствовала, что силы постепенно покидают ее. Слишком много случилось за последние сутки. Прошлую ночь они со Старыгиным провели на катере, который вез их из Италии к побережью Африки. Не выспались, и с утра она толком ничего не ела. Внезапно голова закружилась, и бедуин обхватил ее за плечи.

— Долго еще идти? — спросила его Маша, чувствуя, что ее силы уже на исходе.

— Недолго, — отозвался тот. — Скоро вы увидите Святого Старца.

Маша не стала задавать лишних вопросов, решив, что все само разъяснится.

Тропинка забирала все круче и круче в горы. Идти становилось труднее, но к Маше пришло второе дыхание, она не жаловалась и старалась не отставать от своих спутников. В темноте было трудно находить место, куда можно поставить ногу, и если бы не молодой бедуин, Маша давно уже сорвалась бы в пропасть.

Наконец, тропка проскользнула, как змея, между двумя скалами и закончилась на ровной площадке перед входом в пещеру.

Отряд остановился. Предводитель вышел вперед и что-то громко крикнул.

Маша обратила внимание на то, как изменилась его интонация. Если прежде голос вожака звучал повелительно и сурово, теперь он был почтительным и даже немного робким, что казалось совершенно неожиданным для воина пустыни.

Из пещеры донесся короткий ответ, и через минуту оттуда появились двое рослых бедуинов с носилками.

На носилках восседал очень худой, высушенный солнцем пустыни старик в черной рубахе и такой же чалме. На глазах старца была плотная повязка.

Бедуины упали на колени и затихли.

Носилки старца поставили на землю, он поднял правую руку и сделал благословляющий жест. Машины спутники поднялись с колен и молча застыли, словно чего-то ожидая.

Старец что-то негромко произнес, и молодой бедуин перевел Маше:

— Он просит, чтобы вы подошли.