Каждый час ранит, последний убивает

Грегу удалось заставить меня пару раз улыбнуться. А может, это из-за выпивки.

Должен сказать, что мой друг прилагает немалые усилия, чтобы его ошибки забылись. И к концу вечера я уже даже готов его простить.

– Где будешь отсиживаться? – спрашивает он, зажигая косяк.

– В одном городишке.

– Не хочешь говорить?! – недоумевает Грег. – А если мне нужно будет с тобой связаться…

– Я тебе сам позвоню. Меньше знаешь, крепче спишь.

– Не доверяешь мне? – наигранно обижается он.

– Если тебя схватят люди Сантьяго, думаешь, сможешь держать рот на замке?

Грег опускает голову, я кладу руку ему на плечо.

– Простая мера безопасности, брат, – произношу я. – Но мы будем на связи, не волнуйся. Ну все, я пошел спать. Устал я…

– Без сил, Грег. Прости.

Встаю, плетусь в комнату. Закрываю дверь и валюсь на диван. Утыкаюсь лицом в подушку, вдыхаю аромат Тамы. Заворачиваюсь в белье, на котором она спала, и по лицу текут слезы.

На дворе давно ночь. Мои руки и ноги совсем окоченели, холод продолжает меня терзать. Наверное, в конце концов он меня убьет, еще до рассвета.

Думаю, это было бы лучшее, что могло бы со мной случиться.

Вдруг я слышу, как скрипит входная дверь дома, слышу щелчок зажигалки. Будто от удара электрическим током я выхожу из своего опасного оцепенения.

Из! Это ты? Приди, освободи меня, умоляю тебя!

Он идет к сараю, касается ручки.

Открой дверь, любовь моя! Открой дверь!

Ключ поворачивается в замке, показывается массивная фигура. Мне и без света понятно, что это не Изри.

Грег включает фонарь на телефоне и направляет его мне прямо в лицо.

– Ой, какой у тебя ужасный вид, дорогая! – шепчет он.

Он встает передо мной на колени, и я вижу, как в его руках сверкнуло лезвие ножа.

– Ты знаешь, что твой парень здесь, прямо тут рядом? Ну да, ты это знаешь. Ты его по-любому слышала…

Его голос, мерзкий шепот – это яд, медленно растекающийся по моему бескровному телу. Я должна была догадаться, что этот ублюдок придет насладиться своим предательством.

– Видишь ли, он спит как младенец…

Грег гладит мою ледяную щеку, спускается вниз по шее. Я совсем не чувствую тепла, мне кажется, что по моей освежеванной плоти ползет змея.

– Ты же слышала, он говорит, что жаждет твоей смерти? Грустно, а, Тама?

Я еще пытаюсь шевелиться, мной обуревает ужасная ярость.

– Хочешь, я убью его для тебя?

Я не свожу с него глаз, жаль, что из них невозможно стрелять, как из пушки. Его рука скользит между моих ног, и я ничего не могу с этим поделать. Если он меня не развяжет, то не сможет зайти дальше, и я мечтаю, чтобы он совершил эту неосторожность. Но Грег умен. Поэтому он просто жестоко играет со мной, а затем бросает на произвол судьбы.

Изри, умоляю, проснись!

Я наблюдаю за Грегом из окна.