Каждый час ранит, последний убивает

Он исчез в сумраке, а потом она услышала его шаги на крыльце, он вошел в дом, пересек коридор. Дверь открылась, он шагнул в комнату и, прежде чем она успела что-нибудь сказать, бросился к ней. Схватил за руки и дернул к себе.

– Что тебе от меня надо? – заревел он.

Он тряхнул ее так сильно, что ей показалось, что сейчас у нее переломится позвоночник.

– Что ты тут забыла, что я тебе сделал?

– Хватит, пожалуйста! – простонала она. – Я не…

– Да оставь же нас уже в покое, боже мой!

– Я просто хотела помочь, – всхлипывала она. – Мне показалось, что вам так плохо… Я просто хотела помочь, помочь…

Он отпустил ее руки и схватил за шею. Толкнул к стене, продолжая душить.

– Думаешь, сможешь занять ее место? – орал Габриэль. – Хочешь место ее занять?

Она старалась высвободиться, била его изо всех сил, колотила руками. Но он не чувствовал боли.

На этот раз он ее точно убьет.

– Никто не может ее заменить! Никто, ясно тебе?

Она начала задыхаться и прекратила сопротивляться. С трудом хватала ртом воздух. Колени ее подкосились.

Вдруг он ослабил смертельную хватку, и девушка сползла по стене на пол. С ужасающим хрипом набрала в легкие воздуха, и он сделал шаг назад, напуганный собственными действиями.

Прежде чем потерять сознание, она увидела, как он в спешке убегает. Как будто сам увидел чудовище.

Она очнулась на кровати. Еще стояла ночь, лампа была зажжена. Она хотела повернуть голову, но ее пронзила резкая боль. Затылок ломило.

– Не двигайся, – посоветовал уже знакомый голос.

Вероятно, мужчина успокоился. Ей хотелось увидеть его лицо, чтобы в этом убедиться.

Она поднесла руку к горящему горлу. Попробовала заговорить, но лишь что-то просипела сухими губами. Она услышала, что он подошел к кровати и склонился над ней.

В его глазах было столько боли, что в ней зародилось прощение.

Габриэль мягко завел руку ей под голову, чтобы напоить водой.

– Давай, маленькими глотками.

Девушка немного отпила и откинулась на подушку.

– Завтра будет получше, – сказал он.

Габриэль снова сел в кресло, а она долго рассматривала потолок. Каждый развод на дереве казался ей жуткой химерой.

– Я не хотела… следить… за вами, – удалось ей выговорить охрипшим голосом. – Меня… разбудили… удары… и когда я… вас увидела… вам… было… плохо… Я хотела… помочь…

Он долго хранил молчание. Она не могла повернуть голову, поэтому не увидела, как по лицу Габриэля потекли слезы.

– Никто и ничто не может мне помочь, – ответил он наконец.

Она услышала, как он щелкнул зажигалкой, почувствовала запах табака.

– Я посижу с тобой ночью.

– Нет, я… хо… хочу побыть одна, – осмелилась сказать она.

Он направился к двери:

– Кстати, меня зовут Габриэль.

Она услышала звук поворачивающегося ключа и закрыла глаза.

– Габриэль, – повторила она. – Гавриил.