Последний срок

Они еще молча постояли, затем Босх показал царапины на плече трупа:

– Так вы сказали, это предсмертная травма? И за сколько времени до момента смерти она получена?

– Вы видите, что на коже есть повреждения. Я взял гистаминовую пробу. Уровень гистамина показывает, что травма была получена непосредственно перед смертью. Поэтому я рекомендовал детективу Чу вернуться в отель. Не исключено, что Ирвинг ободрал плечо, перелезая через ограждение балкона. Поищите тот же рисунок, что видите на ране.

Босх уже знал, что это за рисунок, но до поры до времени не собирался ничего объяснять.

– Перелезал через ограждение балкона? Так вы предполагаете самоубийство?

– Конечно, нет. Пока нет. Возможно, самоубийство. Возможно, несчастный случай. Необходимо продолжить расследование. Мы сделаем полный токсикологический анализ, нужно также объяснить, как получено это повреждение. Вы видите рисунок – это поможет вам сузить круг поисков в гостинице.

– Вы осматривали подъязычную кость? – спросил Босх.

– С какой стати мне осматривать подъязычную кость у самоубийцы, бросившегося вниз с балкона? – раздраженно возразил патологоанатом.

– Кажется, вы только что заявили, что не склонны считать его самоубийцей.

Энтонс, не ответив, схватил со стойки скальпель.

– Помогите мне перевернуть его.

– Подождите, – попросил Гарри. – Можно я сначала сделаю снимок?

– Я все сфотографировал. Отпечатки уже должны быть на принтере. Заберете перед уходом.

Босх помог перевернуть труп. Патологоанатом, взяв скальпель, рассек шею Ирвинга и извлек маленькую U-образную кость, предохраняющую дыхательное горло. Тщательно промыл в раковине и посмотрел под увеличительным стеклом с подсветкой, нет ли переломов.

– Подъязычная кость цела, – сказал он.

Босх кивнул. Это ничего не доказывало: профессионал мог задушить Ирвинга, не повредив подъязычную кость и не вызвав кровоизлияния в глазах. Это вообще ничего не доказывало.

А вот отметины на плече со стороны спины – это уже что-то. Босх чувствовал, как все меняется в этом деле. И меняется очень быстро. Сообщает новый смысл тому, что он называл интригами и политиканством.

Чу крепился недолго, только пока они шли к машине, – дотерпел до середины парковки и взорвался.

– Гарри, что творится? В чем дело?

Босх вытащил телефон. Ему нужно было сделать звонок.

– Скажу, когда смогу. А теперь прошу тебя вернуться…

– Это нехорошо, Гарри. Мы с тобой напарники, но ты меня ни во что не посвящаешь. Так дальше не пойдет.

Чу остановился, повернулся к нему и развел руками. Босх тоже остановился.

– Пойми, я хочу защитить тебя. Сейчас мне надо кое с кем поговорить, а потом потолкуем с тобой.