Последний срок

Едва ли проблемы в лаборатории, но необходимо подстраховаться, чтобы ничего не выплыло на суде. Если, конечно, суд когда-нибудь состоится. Одному из нас придется давать показания. Подтвердим, что убедились: в лаборатории все чисто.

– Что мне сказать, когда я туда приеду?

– У нас назначена встреча с заместителем директора. Скажи, что нам нужно перепроверить, как обстоят дела с уликами по нашему делу. Поговори с лабораторной крысой, занимавшейся ДНК Пелла. Двадцать минут от силы, и не забывай все записывать.

– А ты что будешь делать?

– Надеюсь побеседовать с Пеллом о человеке по имени Джонни.

– Расскажу, когда вернусь в управление. Мне надо двигаться.

Босх разъединился. Он не хотел объяснять. Это лишало его импульса и сбивало с темпа.

Через двадцать минут Босх ехал по Вудман-авеню и искал парковочное место неподалеку от Буэна-Виста. Мест не оказалось, и ему пришлось встать в красной зоне, где остановка запрещена, и пройти квартал пешком. Босх просунул руку в ворота и позвонил. Представился и попросил доктора Стоун. Замок открылся, и он вошел.

Анна, улыбаясь, ждала его в вестибюле административного помещения. Гарри спросил, есть ли у нее свой кабинет или другое место, где они могли бы спокойно поговорить, и она отвела его в комнату для бесед.

– Поговорим здесь. В кабинете, где я работаю, сидят еще два психиатра. Что случилось, Гарри? Не ожидала увидеть вас так скоро.

Босх кивнул, подтверждая, что и он на это не рассчитывал.

– Мне надо пообщаться с Клейтоном Пеллом.

Анна нахмурилась, словно его просьба поставила ее в трудное положение.

– Вот что, Гарри, если Клейтон подозреваемый, я из-за вас окажусь в очень неприятной ситуации…

– Он не подозреваемый. Давайте на секунду присядем.

Анна показала на стул, где обычно сидели ее пациенты, а сама села напротив.

– Так вот, – начал Босх, – прежде всего хочу сказать: в нашем деле столько случайностей, что их нельзя принять за случайность. Если угодно, я вообще не верю в случайности. То, о чем мы говорили вчера за ужином, естественным образом потянуло за собой то, чем я занялся после ужина, – и вот я здесь. Мне нужна ваша помощь. Я должен поговорить с Пеллом.

– Но это не потому, что он подозреваемый?

– Нет, он был в то время слишком юн. Мы уверены: убийца не Пелл. Но он – свидетель.

Анна покачала головой.

– Я беседую с ним четыре раза в неделю в течение почти шести месяцев. Думаю, если бы он видел, как убили девушку, это всплыло бы на каком-нибудь уровне: сознательном или подсознательном.

Босх поднял руки, прося не перебивать его.

– Пелл – свидетель не в буквальном смысле слова. Он не присутствовал при убийстве, возможно, даже ничего не знал о нем. Но полагаю, он знаком с убийцей. Он в силах помочь мне. Вот взгляните.