Последний резерв

Однако командование на коротких сеансах связи торопило: вперед, вперед, и как можно быстрее! Так что пришлось идти и днем.

С восходом солнца температура воздуха стремительно росла. К полудню песок обжигал ноги даже через подошвы казенных ботинок. Но не жара была главным врагом диверсантов, а ветер. Он нес тучи песка, такие густые, что солнце казалось мутным пятном. Раскаленный песок сек лицо и руки, летел в глаза, набивался в уши и в нос, скрипел на зубах. От него зудела воспаленная кожа, и без того истерзанная сухим горячим воздухом. Не помогали ни защитные маски, ни специальный крем.

Во все стороны простирались высокие барханы, абсолютно лишенные растительности. Вечные песчаные волны рядами уходили вдаль, сколько хватал глаз. Даже если смотришь в электронный бинокль, то все равно не увидишь ничего, кроме мертвого сухого моря, равнодушно уходящего за горизонт. Рассказы ветеранов на привалах о ротных колоннах на марше, засыпанных песком в пустынях на других планетах, не казались преувеличением…

Когда вдалеке, у зыбкой дрожащей линии горизонта, появилось небольшое облачко, командир дозорной группы поднес бинокль к глазам и увидел одинокий пескоход на воздушной подушке.

Среди раскаленных песков двигалась чужая бронемашина.

Враг был рядом. Судя по карте, идти оставалось совсем немного.

«Еще один переход, и мы их возьмем тепленькими», — доложили начальству на внеочередном радиосеансе.

Закодированный пакет информации с докладом об обстановке отправился на орбиту.

Но ни через день, ни через два диверсионный отряд на связь больше не вышел. Прорыв сорвался. Диверсанты, на которых возлагалось столько надежд, пропали без следа. Словно исчезли с лица планеты. Что с ними приключилось, для командования так и осталось загадкой. В этом районе и раньше случалось такое — пропадали целые поселения колонистов, не чета отряду численностью в батальон неполного штата.

Еще одна горсточка людей затерялась среди барханов гиблой пустыни, разделив судьбу многих неудачников. Так было и так будет…

Если бы кто-то из отряда уцелел, то смог бы поведать удивительную историю. Ее, впрочем, скорее всего, сочли бы бредом человека, тронувшегося рассудком в пустыне.

Обнаружив чужой пескоход, отряд остановился на последний привал перед боем. Место для отдыха выбрали, как обычно, посреди высоких барханов — идеального укрытия от посторонних глаз. Выставили часовых, натянули желтые камуфляжные тенты, дававшие иллюзорную тень в огромной духовке под названием «пустыня». Дозор усилили пулеметным расчетом. Определили, кто кого должен сменить на постах.

Можно было отдыхать, восстанавливать силы перед последним броском. Но вместо этого люди стали выбираться из-под тентов, почти выгоревших до белизны на беспощадном солнце.