Последний реанорец. Том XI

— Только посмей! — зашипел негодующе он. — И я те…

Слова британца так и застряли в его горле, а до окна этой ночью дойти ему было уже не суждено, потому как наполненные холодом и яростью слова переросли в краткий сдавленный вопль и тяжелое пыхтение.

Вспышка свирепой молнии на крошечную долю вдоха озарила императорские покои. Сформировавшаяся в руках потрескивающая стихийная игла расчертила расстояние между нами и проделала в боку наместника отвратную рану размером с бильярдный шар, отчего тот пошатнулся и припал на одно колено, а в воздухе мгновенно засмердело палённой плотью и кровью. И сопровождалось всё это краткое противостояние неутихающими визгами императрицы.

— Умолкни, пока не прикончил!

Истеричные вопли Алесты моментально стали затихать и пару секунд спустя преобразились в приглушенные всхлипы, а я обратил свой взгляд на наместника, который начал медленно подниматься с пола, попутно с этим зажимая кровоточащую рану рукой и испепеляя меня злобными глазами.

Да, с эфиром шутки плохи.

— Неприятно, не правда ли, Карлайл? — прошептал я подобно змею, поднимаясь с кресла и вальяжной походкой шагая в сторону постели. — Паршиво, когда пытаются посягнуть на твоё. Мучительно больно, когда кто-то пытается причинить страдания тем, кто тебе необычайно дорог. Это настоящая пытка, когда какая-то мразь готова покуситься на то, за что ты готов отдать собственную жизнь…

— Не смей… — пропыхтел он, вновь спотыкаясь на том же месте, ведь эфир уже начал буйствовать в теле наместника, не давая ему собрать свою силу воедино и высвободить ауру повелителя наружу. — Не надо… Она же… она же ни в чём не виновата!

От столь омерзительных слов движения мои мгновенно застопорились, тело резко обернулось в сторону Карлайла, а где-то в груди стали разгораться угли ярости и безумия.

— Ч-что?! Что ты сейчас сказал, падаль? — хрипло просипел я.

— Не тронь её… Лучше меня… Убей меня… Она — всё, что у меня есть…

— Своим гнилым ртом ты вздумал пролаять в моём присутствии нечто подобное? После всего, что вы сделали? — ощерился с ненавистью я, высвобождая на волю всю дремавшую неистовую силу алой молнии. — Кусок лицемерного дерьма!

Буйство ревущей стихии оказалось безжалостным. Разряды алой молнии подобно наэлектризованным волнам прокатывались по покоям, но эпицентром нарастающей катастрофы был я.

Пальцы левой руки мёртвой хваткой сомкнулись на горле наместника, а его тело оказалось приподнято над полом.

— Тогда чем я отличаюсь от вас?! От тебя?! ЧЕМ, КАРЛАЙЛ?! СКАЖИ МНЕ! — заревел я во всю глотку, не сдержав эмоций в узде. — В чем виноваты были мои жены?! В чем провинились мои альвы?! Мой род! МОЙ СЫН! В ЧЕМ, Я СПРАШИВАЮ?! — орал безумно я, еле сдерживая себя, чтобы не превратить британца в кровавый туман.