Последний реанорец. Том V

Люди обращаются за силой к стихии, реанорцы приказывают и в какой-то мере принуждают.

Но вынужден был признать, что в избиении внука императора было нечто такое, что могло потешить моё непомерно раздутое эго. К тому же с разрешение его дядьки и моего наставника Мирослава это становилось еще приятнее.

Как бы то ни было, но сын канцлера более чем оправдывал свой авторитет в империи. Архимагистр третьей степени и младший сконатель в среднем возрасте. Столп империи и именитый изгои, а ещё ему было лишь под сорок. В общем, наставник мне достался более чем царский.

Трубецкой же был более приземленным мужиком и самым младшим из моих преподавателей. Ему было чуть за тридцать. А с тем учетом, что тот фонтанировал просто запредельной жизнерадостностью, то тянул он всего-то лет на двадцать пять. Да, Максим не мог похвастаться наличием магии, но меня удивляло то, что к своим годам, а ведь он только недавно вступил в среднее поколение, тот уже был старшим сконателем с первым спектром. И тут в свою очередь я должен отдать должное методике обучения его рода. Мой наставник по духовной силе знал более тридцати различных техник. В общем, в плане воинского дела Трубецкой был своеобразным гением, и звание главы «Талых» он заслужил по праву.

И самым смурным и загадочным, как ни странно, был Потёмкин из побочной ветви. Извечно тёмные одежды и задумчивое выражение лица. Архимагистр второй степени. Но уже после первой встречи, я более чем оценил его магические способности и потенциал, а главное знания. Для людского понимания они были на высшем уровне. Как по мне даже Мерраввинским замшелым пенькам и некоторым верховным демонам этот задумчивый мужик мог бы спокойно утереть нос в плане магический силы, особенно в стихии тьмы. Ведь именно этот человек был тем, кто приложил свою руку к обучению большинства Потёмкиных и имел солидный вес в академии Петра. Прасковья же своего двоюродного дядьку почти что обожествляла. Но со слов всё той же Куни, до светлого князя ему было еще ой как далеко.

Само собой после случая с Заболоцким я получил более чем суровый выговор от императора. Он грозился даже сослать меня куда-нибудь на границу гонять тамошних злоумышленников, но меня спасло то, что Всеволод всё-таки умудрился договориться с Фридрихом по поводу схватки с Юстаном. Поэтому дело с поверенным княгини быстро замяли, князю Ефанову намекнули, что лучше не распространяться о случившемся, к тому же за разрушенную усадьбу денег ему выплатили сполна. Так что наша игра в шахматы с Ховриной закончилось моей безоговорочной победой. И по этой самой причине все слухи были подавлены в зародыше. Так что столица жила своей обыденной и почти спокойной жизнью. Но это если не считать приближающегося столпового магинария, чтоб ему пусто стало.