Последний реанорец. Том V

Что касательно публики, то их любовь изменчивей всего. Но если ты настаиваешь на смертельной битве, то запроси договор, и я соглашусь.

— В таком случае и я вынужден отказаться от такой идеи, — дружелюбно хмыкнул Тан, после нескольких секунд размышлений. — Ты ведь бился в прошлых схватках не во всю силу, я прав? — внезапно спросил тот, пальцами касаясь рукоятей шуангоу.

— Кто знает, Веймин, кто знает, — пожал я плечами.

— Раз так, то я не буду сдерживаться, — с широкой улыбкой заключил уникум, медленно вынимая своё оружие из ножен. — Взамен не сдерживайся и ты. Пусть эта схватка запомниться надолго всем присутствующим.

— Боюсь, итог будет неутешителен. И он тебе не понравится.

— И всё же, я настаиваю на этом и готов рискнуть.

— Да будет так, — снисходительно кивнул я, и мы одновременно взглянули на ведущего мага.

— Дамы и господа, договора жизни и смерти не будет! — провозгласил тот под недовольный гул и свист толпы, а его платформа медленно поплыла вверх, стоило тому покинуть дозволенные пределы, как следом прозрачно-матовый барьер мигом окутал всю арену. — И раз так, то… К БОЮ!!!

Руки ассианина после возгласа мага моментально коснулись бритвенно острых граней шуангоу, следом же мощь его ауры скакнула к своему пику, и почти сразу в воздухе отчетливо стало нести свежепролитой кровью. Ручьи багровой жидкости вначале заструились медленно, но затем хлынули целой рекой из тела Тана.

За несколько мгновений, кровь уже была повсюду. Подобно зеркалу она покрыла всю площадь Колизея, а в это время сам Веймин с ног до головы был окутан тёмно-красным магическим доспехом, а его шуангоу не только приобрели красный оттенок, но и стали гораздо длиннее.

— Готов? — полюбопытствовал я, в ленивой манере проведя ботинком по глади кровавого озера.

— Тогда вперед. Я жду…

Парень напал мгновенно. Точнее он всего лишь взмахнул своим правым шуангоу, а множественные кровавые лезвия атаковали меня прямо с поверхности арены.

Однако инстинкты среагировали, как и подобает инстинктам сына Реанора. Тело за мельчающую долю вдоха покрылось силой духа, а следом до полного отвала наполнилось яростной алой молнией.

Накачанные до предела духом и магией джады уже вовсю разрубали кровавые клинки Вейтана один за другим, и те обращаясь кровью, ниспадали вниз, чтобы секунду спустя вновь продолжить свои атаки с новой силой. Лезвия кинжалов порхали подобно смертоносным жалам, и сводили на нет любые поползновения ассианина. Парень обходил меня по кругу и размахивал правым шуангоу, словно это была коса, но чем быстрее рос его темп, тем быстрее образовывались кровавые клинки.

С самого начала боя я так и не сделал ни единого шага со своего места.